— Простите, что?

— Встречи не будет. Вы её отменяете. Сегодня. Письмом.

Я очень медленно встала со стула.

Я очень спокойно обошла свой стол.

Я очень тихо остановилась в полутора метрах от Артёма.

Соня в углу не двигалась. Соня всегда умела не двигаться в неподходящие моменты. У неё была эта способность — становиться невидимой через простое решение не привлекать внимания.

— Артём.

— Да.

— Я не знаю, как вы узнали про моё письмо и про мой звонок. Скорее всего,не через мою личную переписку, потому что если бы я узнала, что моя личная переписка читается, у нас с вами был бы очень другой разговор. Скорее всего, через корпоративную почту. Возможно, через IT-безопасность.

— Через IT-безопасность.

— Хорошо.Это — ваше право. Это корпоративная почта. Я подписала договор. Я согласна.

— Хорошо.

— А вот что выне имеете права делать, Артём, — это говорить мне, с кем мне обедать. В понедельник, среду, или любой другой день.

Артём посмотрел на меня.

Долго.

Очень долго.

А потом он сказал ровно, без выражения, без жалости:

— Полина. В этом конкретном вопросе — да, имею.

Я почувствовала, как у меня внутри что-тосорвалось .

— Простите,что ?

— Этого человека вы не встречаете. Это — рабочий вопрос. Это не ваше личное право.

— Это мой обед, Артём!

— Это не обед. Это переговоры. С человеком, который представляет интересы, которые вам неизвестны и которые я знаю.

— Тогда расскажите мне!

— Я не могу.

— Не можете? Или не хотите?

— Не могу.

Я смотрела на Артёма.

Я смотрела на Артёма, и в эту секунду в моей голове впервые за все эти недели что-то очень тихощёлкнуло .

Не до конца. Не до конкретной мысли. Не до конкретного подозрения. Но — щёлкнуло.

— Артём.

— Да.

— Вы что-то от меня скрываете?

Он не отвёл глаза.

Он не сразу ответил.

И когда он ответил — он ответил тем тоном, которым он обычно говорил о вещах, по которым я с ним соглашалась:

— Сейчас — да.

Это было хуже, чем если бы он сказал «нет».

«Нет» я могла бы прожить.

«Сейчас — да» — это означало «и буду скрывать, и не объясню, и ты с этим ничего не сделаешь».

* * *

Я отступила на шаг.

Я отступила на шаг, повернулась к окну, посмотрела на парковку, где внизу стояла моя матоваяS5, и сделала глубокий вдох.

Потом я повернулась обратно.

— Артём. Я хочу, чтобы вы вышли из моего кабинета.

— Полина.

— Я хочу, чтобы вы вышли. Потому что если вы не выйдете в течение следующих десяти секунд, я скажу вам сейчас вещи, о которых я потом будуочень жалеть. А я этого не хочу. У меня впереди ещё долгий рабочий день, и я не хочу его испортить криком. Поэтому — выйдите.

— Полина...

— Артём. Восемь секунд.