Холодная вода, сок, солго в любую минуту. После Северных Пустошей, где холод присутствовал в избытке, но не там, где хотелось, эта роскошь казалась почти безнравственной, но очень приятной.

Ну и верх комфорта — кондиционер, конечно, полностью покорил барона. Лето двигалось в зенит, и температура днём легко уходила за сорок градусов. На таком солнце даже ураганный встречный ветер не спасал: он просто превращал тебя в вяленное мясо быстрее.

Тепловой удар выхватить, как раз плюнуть. А тут — нажал кнопку, и в кабине творится маленькое климатическое чудо. Снаружи ад, внутри — приятная прохлада, где можно даже думать.

— Вот что значит цивилизация, — пробормотал он, впервые проехав по жаре с включённым кондиционером.

А ещё в огромном багажном отсеке шестиметровой машины поместился весь тот мусор, который раньше требовал отдельного грузовика.

Парадный мундир и шпага на всякий случай — вдруг опять кто-то решит, что честь требует поединка? Комплект полевой формы, запасные ботинки, инструменты, набор запчастей к машине, аптечка размером с небольшой шкаф и ещё половина имения в виде «а вдруг пригодится».

Любимый Старгал занял место в зажиме между сиденьями. Там, где рука доставала до него быстрее, чем мозг успевал сказать: «может, сначала поговорим?» Опыт подсказывал: если в салоне завёлся разговор, после которого приходится тянуться к оружию, разговор изначально был построен неправильно или вообще начат зря.

Всё это вместе означало только одно: теперь Ардор не просто ехал в отпуск. Он выезжал на дорогу в качестве полноценного малого подразделения: «отдельный баронский экипаж, численность — один, уровень опасности — „да ну нахер!“»

Простившись с управляющим, и оставив мотоцикл завёрнутым в плотный тент, пока строители вежливо матерясь взводили полноценный гараж («ну кто ж такие балки ставит? Барон, вы что, потом туда танк затащите?»), Ардор выехал из ворот имения и покатил на восток, к столице королевства Марсане.

И не то чтобы ему хотелось столичного блеска. Нет, в Марсану его тянули куда более понятные и честные мотивы: навестить близняшек, да и сменить обстановку, потому как уже надоело видеть вокруг мундиры.

«Иногда полезно посмотреть, что в мире живет кто-то кроме солдат», — подумал он, выруливая на широкую дорогу.

Мощный трёхсотсильный двигатель Ландарка мог разогнать машину до скорости в сто девяносто, а если очень постараться и плюнуть на ресурс, то и сильнее. Но это всё-таки не мотоцикл. Там куда проще: если что-то идёт не так, ты просто падаешь и, возможно, умираешь. Здесь же ты увозишь с собой ещё три-четыре тонны железа, небольшой участок дороги и возможно ещё людей.