А государственная идеология, философия и концепция безопасности Ярра предполагала, что каждый подданный монархии должен в случае необходимости управиться на своём рабочем месте без помощи сложных механизмов. Поэтому науку и технику приходилось постигать с азов — и это было правильно, и это Виньярду нравилось.

А ещё ему нравилось близко-близко, на грани допустимого, склоняться к Алисе Кавальери, вдыхать запах её парфюма и, ненароком касаясь её бархатной кожи, поправлять что-то в последовательности электрических приборов или зажигать спиртовую горелку для соседки. Или вместе смотреть в микроскоп — на восстанавливающих органическую ткань наноботов, или плавающих в питательном бульоне инфузорий.

Алиса классно рисовала — её оформление лабораторных тетрадей, зарисовки растений и животных Ярра — всё это выдавало настоящего художника. В её сумке или рюкзачке всегда был скетчбук и карандаши, и она изображала всё подряд — архитектуру, людей, пейзажи, какие-то абстрактные узоры… Попытки Сью заглянуть через плечо или как-то по-другому ознакомиться с её творчеством натыкались на ожесточённое сопротивление.

— Не твоё дело, Виньярд! — говорила девушка.

— Алиса, я уже понял, что у тебя настоящий талант! Ты легко можешь поступить на факультет изобразительного искусства! Дизайнеры, художники — их ведь там готовят! Это будет потрясающе, вот увидишь!

Она только отмахивалась. Её больше занимало как сдать все лабораторные по естествознанию и прочесть всё из списка литературы. А ещё — соревнования, конечно. Она готовилась к полумарафону каждое утро и не строила далеко идущих планов.

Секцией лёгкой атлетики — одной из самых больших по численности — руководило несколько тренеров. Но для подготовишек из А-17 это была мисс Ривароль — женщина выдающихся достоинств и невероятной красоты. Тоже «средиземноморский типаж», только более крупная, породистая. В отличие от сержанта Эрми, она никогда не рявкала, её глубокий грудной голос пробирал до мурашек и заставлял прислушиваться, а идеально-белые зубы, вечная улыбка и карминовые губы — в буквальном смысле смотреть ей в рот.

На Ярре не было некрасивых дам — разве что идейные. Это входило в соцпакет — исправление травм, врождённых отклонений и явной асимметрии черт лица для женщин. Так что секция лёгкой атлетики была эстетическим раем, и Сью ни разу не пожалел, что перевёлся сюда. И, конечно, он тоже готовился к полумарафону, хотя побеждать вовсе не собирался — учитывая преобладающий женский состав секции, роль отстающего обеспечивала прекрасные пейзажи всю дистанцию, а наушники в ушах — отличное музыкальное или интеллектуальное сопровождение. И адаптация проходила куда как приятнее!