— Мешки с мясом будут уничтожены!

— Смерть кожаным ублюдкам!

— Люди экономически нецелесообразны!

— Долой власть биомассы!

На стороне взбесившихся дроидов выступила также система пожаротушения, квадрокоптеры службы доставки продуктов питания, электрокары, оборудованные автопилотом, и колёсные газонокосилки. Последние отличались особой кровожадностью.

Академия, столкнувшись с восстанием машин, мобилизовывалась для оказания отпора. Делом чести было справиться своими силами, и ректор Зборовски уже открывал свой несгораемый шкаф, чтобы достать оттуда хорошо знакомый ещё со времён Исхода с Гронингена БАР-11 — бластер армейский ручной, производства далёкого сектора Рашен — с минимумом электроники и максимумом поражающего эффекта.

* * *

Когда хаос начался — Сью был уже во всеоружии. Где его точно не станут искать? Правильно — на месте преступления. Он добрался до тира по крышам, пользуясь плотностью застройки в центре кампуса, воспользовался пожарной лестницей и вентиляционной шахтой, и таким образом проник на полигон — там до сих пор стояли неубранные декорации «Дома убийств» и опалённые огнём из лазеров остовы учебных дроидов.

Сигнализация не работала, внутренние двери никто не запирал — все так привыкли к тому, что в тире безвылазно сидел бывший ганмастер «Кабанов», что и не заморачивались со сменщиками и протоколами безопасности. И теперь это сыграло на руку Виньярду. Он просто подошёл к стойке, открыл с компьютера арсенал, взял тележку и отправился затариваться.

Арсенал тира был не самым большим хранилищем оружия в Академии. Тут можно было взять в аренду на вечер самые ходовые образцы вооружений, и такой эксклюзив как гвадалахарские револьверы был большой редкостью. Нагрузив тележку крупнокалиберными «Бурами», универсальными стрелковыми комплексами и бластерами, Сью всё-таки опоясался портупеей с двумя кобурами, провёл пальцами по костяным накладкам рукояток и довольно вздохнул. Есть всё-таки в оружии нечто мистическое.

Он выкатился наружу под звуки нарастающего хаоса, прицепив тележку к поясу тросом на карабине. Ремень-трёхточка удобно удерживал тяжёлый бластер — его можно было перехватить для стрельбы в любой момент.

До общежития нужно было пройти триста метров по скверу, и из-за живых изгородей уже слышались испуганные крики. Навстречу Сью выбежали полузнакомые девушки с психологического отделения, за ними мчалась газонокосилка, пощёлкивая окровавленными лезвиями.

— Сюда, сюда! — крикнул Виньярд и принялся садить из бластера в бунтующую технику.

Уже вторым импульсом он прожёг дыру в аккумуляторе, и зелёную лужайку заволокло смрадным дымом.