— Зато после гансов будете по науке бить. Еще лучше прежнего, — убежденно сказал сержант. И тяжело вздохнул. — Скорей бы уже эта война проклятущая закончилась. Как думаете, тащ капитан, в этом году Берлин возьмем? Повесим эту сволочь Гитлера?

— Будем надеяться, — полез в карман за папиросами Григорий. — Украину уже почти всю от фашистской мрази очистили, совсем немного осталось. А там и до границы рукой подать. Глядишь, насыплем в самом скором времени бесноватому угольков за шиворот.

— По Приказу Народного комиссара обороны от 9 декабря 1943 года установлены новые сроки обучения, — майор-кадровик подышал на озябшие руки. В кабинете и, правда, было несколько холодновато, поэтому Григорий не снимал шинель. Стянул только с головы шапку и держал сейчас ее в руках. — На командном факультете, куда вас направили, — офицер кисло улыбнулся, — теперь учатся два года и семь месяцев.

— И что из этого следует? — удивился экспат.

— Многое, капитан, многое, — с явным чувством превосходства усмехнулся майор. — В силу того, какое значение командование уделяет обучению в Академии, установлен также и срок подготовки к поступлению. Есть специальные пятимесячные курсы. А ты, капитан, насколько я могу судить из документов, — он брезгливо поворошил лежащие перед ним на столе бумаги, — их не проходил. Верно?

— Верно, — согласился Дивин, решив пропустить покамест бесцеремонное тыканье этой канцелярской крысы мимо ушей. Но зарубочку в памяти поставил.

— Вот! — явно обрадовался майор. — Выходит, мы не можем тебя зачислить к нам. Так что, отмечай командировку и возвращайся обратно в свою часть, — он, улыбаясь, собрал документы и протянул их Григорию. — Свободен!

— Да и ладно, — пожал плечами экспат, совершенно не расстроившись. В принципе, он и сам особо не рвался на учебу, а, наоборот, хотел по-прежнему летать и воевать. — Спасибо, товарищ майор.

В этот момент за спиной Григория хлопнула дверь, из коридора пахнуло холодом и раздался громкий начальственный голос.

— Слушай, Птичкин, к тебе, часом, не заходил еще капитан Дивин? Он сегодня должен был прибыть. Да, и что там за зверинец у нас в коридоре? Кот какой-то бешенный на вещмешке орет, словно резанный, никого не подпускает к себе.

Майор вздрогнул. Взгляд его заполошно метнулся в сторону.

— Э-эээ…понимаете, товарищ полковник…э-эээ…кхм…тут такое дело…

— Что ты мямлишь? — рассердился вошедший. — Изволь доложить, как полагается. Так прибыл Дивин или нет? С утра его уже жду.

Экспат, услышав высокое звание незнакомого командира, поднялся со стула и замер по стойке «смирно». Без особого подобострастия, но, как полагается. Представляться не спешил, глядя с откровенной насмешкой на покрасневшего кадровика. Круглая земля, не спрячешься, быстро ему в обраточку прилетело.