— «Спитфайр»? — переспросил экспат, наморщив лоб. — Честно говоря, вблизи не пришлось оказаться. Такие самолеты к нам на фронт почти и не поступали. У нас, к примеру, истребители из братского полка все больше на «яшках» воевали. Потом, вот, «кобры» появились.

— Да их и правда на фронте толком не было, — усмехнулся Шкурин. — Видел я отчеты наших испытателей, не в восторге они остались от «пятерок». Это одна из первых модификаций данного истребителя, — коротко пояснил генерал, заметив немой вопрос в глазах Григория. — Тем более, что союзнички нам бэушное барахло поначалу присылали. Дескать, вот тебе боже, что нам негоже! А если учесть, что «спит» категорически не может работать с полевых аэродромов — капотирует, собака, на раз-два — то, сам понимаешь, место этих машин только в ПВО на бетонных взлетках. «Рулить по мягкому грунту без сопровождающего на хвосте — запрещается»! — процитировал по памяти пункт инструкции начальник Академии. — А кабина? На скорости в триста камэ почти невозможно открыть. Так англичане нам в каждую машину в специальную нишу в дверце маленький ломик клали — чтобы летчик мог взломать «фонарь» в случае чего.

— Шутите, товарищ генерал? — не поверил Григорий.

— Какие уж тут шутки.

— Ну, «девятка» на порядок лучше, — вступился за «британца» Сотников. — Если брать его поведение на высотах более шести тысяч, то и скорость, и скороподъемность превосходны. Представляете, — возбужденно говорил комполка, распаляясь, — у меня летчик поднялся на одиннадцать шестьсот, так там «спит» не только разогнался почти до шестисот камэ, но и маневры вполне сносно выполнял. А ведь «мигарь» при подобном раскладе только по прямой способен лететь и мгновенно в штопор срывается, едва попробуешь самую простую фигуру пилотажа исполнить. И это при том, что тренировочный полет проводился на модификации не самой высотной — LF IX. У них еще одна есть — HF IX — вот он уже как чистый «высотник» позиционируется. Потолок заявлен в тринадцать сто!

— А гермокабина имеется? — заинтересовался Шкурин.

— Нет, — покачал головой подполковник. — Но это почти не сказывается на возможности вести бой, ведь кислородное оборудование на истребителе отменного качества.

— А вооружение? — вступил в разговор Дивин.

— Здесь сложнее, — немного смутился Сотников. — Две пушки калибра двадцать миллиметров с боезапасом в двести восемьдесят снарядов и два «браунинга» двенадцать и семь. К ним пятьсот патронов.

— Тю! — разочарованно выдохнул экспат. — Это ж для «юнкерса» как слону дробина.

— Ну-ну, не преувеличивай, капитан, — построжел лицом Шкурин. — В умелых руках с лихвой фрицу хватит. Привык, понимаешь, на своем «ильюшине» из пушек на расплав ствола лупить.