— Первый раз такого вижу, — помотал головой старлей. Поднявшись, Дивин рассмотрел его погоны. — Руку, гад такой, располосовал, будто бритвой.

— А ты скажи, что под обстрел фашистский попал, — с самым что ни на есть серьезным видом, предложил Григорий. Чутьем бывалого фронтовика он уже безошибочно определил этого офицера, как штабного. — Глядишь, зачтут, как боевое ранение. Еще нашивку и медаль получишь.

— Да ну вас, — отшатнулся старший лейтенант. Но потом призадумался. И явно начал что-то прикидывать.

Экспат, тихонько посмеиваясь, плеснул себе в лицо пару горстей воды из закрепленного на стене у входа рукомойника, вытерся не совсем свежим полотенцем и потянулся за ремнем.

— Я вас на улице подожду, — нетерпеливо подпрыгнул на месте офицер и резвым козликом ускакал наружу.

— Детский сад, — недоуменно пожал плечами Дивин и сдернул с крючка свою летную куртку и шапку. С недавних пор он обзавелся знатной одежкой: Шепорцов лично презентовал ему коричневую американскую куртку из овчины. Еще обмолвился, что, мол, не у всякого пилота в их полку такая имеется. Хотя, по идее, заморские союзники клали во все «бостоны», что отправлялись в СССР, по комплекту летных костюмов для каждого члена экипажа. Но до фронта, как правило, эта роскошь никогда не доходила. Зато в тылу чуть ли не каждый первый интендант щеголял в такой куртке или штанах. — За старшего остаешься, — приказал капитан Шварцу, который после ухода старлея успокоился, и развалился на пол топчана. Кот негромко мявкнул и лениво зажмурился. Понял, мол, вали уже.

— Пойдемте скорее, — подскочил к Григорию посланец, едва только экспат оказался на улице. — Нас ждут давно.

— Успеем, — недовольно бросил Дивин и прикурил. — Сначала отдохнуть не дают, а потом еще и понукают. И вообще, чего боец не пришел за мной?

Старлей скривился, но промолчал. Правда, в глазах его промелькнул злой огонек. И вот это заставило экспата насторожиться. В самом деле, ситуация-то мутная: будить его прибежал не обычный посыльный из штаба, а командир. Причем, незнакомый. А это означает что? Правильно, офицер этот явно из свиты какого-то высокого чина, что пожаловал в полк. И, судя по форме лейтенантика, хозяин его обретается где-то в горних высях. Вряд ли так позволил бы обрядиться своему порученцу или адъютанту комдив или комкор. Нет, здесь точно следовало брать выше.

Придя к такому выводу, Григорий в три затяжки добил папиросу, швырнул в сторону окурок и прибавил ходу. Да так, что старлей едва-едва поспевал за ним. На подходе к штабу летчик еще больше укрепился в своих подозрениях, когда заметил наметанным взглядом прикрытый маскировочными сетями вездеход ГАЗ-61–40, а потом и броневик охраны. И ребятишки возле машин кучковались явно непростые.