— Это что-то новенькое, — произнёс он знакомую фразу. Голос не узнать тоже было нельзя.
Кому новенькое, а кому информация к размышлению. Подумаю об этом потом, при перерождении. Это была последняя мысль в этой итерации моих злоключений.
Глава 13 Ловля на живца
Б-612 промелькнул перед глазами настолько быстро, что я его и не успел разглядеть. А точнее, и не видел вовсе. Тут уже и чуйки не надо, чтобы понять — если меня убивает псевдорыбак, то перерождение происходит мгновенно. Только-только я смотрел в лицо убийце, как уже разглядываю проклятущие шторы. И солнышко, пробивающиеся сквозь них.
Саморез в этот раз отправился туда, где ему и положено быть — в дальний угол. Не пригодился. Бывает. Хреновый из меня Филеас Фогг. Совсем хреновый. Можно сказать, никудышный. Но что поделать, если навыка предвидения не завезли, а если и завезли, то забыли прокачать. А если и прокачали, то заблокировали! Ладно, не это сейчас самое главное.
Псевдорыбак не в курсе о перезапуске вселенной! Но при этом он всё же часть системы, а поэтому может что-то о ней знать. И сейчас это единственный человек (что человек — сомнительно), помимо исчезнувшего балахонщика, кто может мне помочь найти аватар. Николая больше брать в расчёт не будем, он, похоже, исчез с концами. Чтобы это проверить, я снова набрал его номер, но услышал всё того же боящегося коллекторов мужика. И на телефон Ани вновь ответил автоответчик строительной конторы.
Но как мне заставить мистера убийцу хотя бы поговорить со мной? Он даже не пытается ничего выяснить, а сразу тыкает ножом в спину, кидает удушение или паралич. Нет тела — нет дела, как говорят в Следственном комитете. Ему что, за это опыт капает? Ага, только с меня никакого прибытка, одни проблемы. Хотя псевдорыбаку об этом ничего не известно: он же вместе со всем миром продолжает жить в прекрасном летнем июньском дне. А раз так, то у меня есть неограниченное количество попыток поговорить с убийцей.
А начнём, пожалуй… Тут я задумался. Пока мне известно всего два способа выманить псевдорыбака из чертогов неизвестности, а именно: во-первых, натравить на Петровича бабушек, чтобы тот даже не смог достать газовый баллон из машины, и во-вторых, попытка не то чтобы спасти, а даже приблизится к раненому на берегу. Есть ещё третий вариант: поговорить в туманном мире, но мне почему-то очень не хотелось там светиться. Да-да, та самая чуйка. Б-612 оставлю на крайний случай.
Другие воздействия, такие как выслеживание профессора или разговор с Николаем, не приводят к появлению моего убийцы. В чём тут принципиальная разница, пока не понятно. Но она есть. И о ней стоит тоже разузнать, как и о другой большой куче странностей. И это не считая неуловимого аватара!