Я взглянул на часы в смартфоне. Семь пятьдесят три. Вот тебе бабушка и продление времени! Мои часы идут, а мир… Что с миром?
— Ладно, Коля, постой тут немного, я быстро сгоняю на улицу на разведку.
Глава 11 Снова замерло все до рассвета…
Напялив на ноги кроссовки, я пулей вылетел из квартиры. Чтобы через секунду уткнуться в заблокированную подъездную дверь. Красная кнопка выхода горела, как ей и положено, но никак не реагировала на нажатия. После десятой попытки стало понятно, что разведка грозилась провалиться, даже не начавшись. Я попробовал толкнуть дверь, но замок держал крепко, не поскупились при установке, вон какой громадный. И железная дверь тоже соответствовала. Точнее, наоборот. В общем, я мог бы выбить её, лишь будучи терминатором. Только не из жидкого металла — тот бы просочился и сквозь замочную скважину, которой, кстати, тут не наблюдалось, — а из обычного, шварценеггеровского.
Словом, нужно искать другой выход. Например, попробовать уже знакомый прыжок веры. С одной лишь разницей, что разбиваться в лепёшку раньше времени, мне не нужно. А поэтому можно спокойно выйти с балкона квартиры Николая. Благо мой знакомый жил на первом этаже.
Заглянув по пути на кухню, я убедился, что Коля так и продолжает изображать из себя памятник удивлённому алкоголику, осознавшему всю тщетность бытия.
— Постой ещё немного, дружок, я «щасвирнуся»!
Задвижки на балконной двери и окнах работали на чистой механике, поэтому открыл я их без особых проблем. А то с Николая сдастся присобачить какую-нибудь автоматику к самым привычным вещам, пульт от которых хрен найдёшь в данный момент! Но всё обошлось. Как и сам прыжок. Ведь можно убиться, упав «всего лишь» с высоты человеческого роста. Об этом даже в правилах об охране труда написано. Один и восемь метра — высотные работы. А тут и поболее будет! Это уже внизу я подумал, что прыгать было совсем необязательно. Если перелезть через ограждение и повиснуть на руках, то до земли останется сантиметров двадцать-тридцать.Гениальный ход мыслей!
Гениальный не гениальный, а из дома я выбрался. Сейчас бы случайно не напороться на рыбака, который теперь может знать моё местонахождение. Или не может, в зависимости от влияния поступка на мир. Вроде как такого с Николаем произойти не могло, он тоже новый участник игры. Но вот поди ж ты, застыл словно греческая статуя. А что в цвете, так по последним данным, древние эллины белый мрамор не уважали. Это до нас изваяния дошли в очищенном виде, время краску не пощадило. Но сами греки любили раскрашивать статуи в, так скажем, естественные цвета. Нынче не оценили бы стараний, судя по реконструкциям, выглядело это, мягко говоря, странно. Ну мне на Колю любоваться, слава богу, не надо. Мне бы оценить последствия своего поступка.