— Это всё перо Виктора, — ответила я, внутри себя чувствуя, что опять предаю супруга.

Использовать его же железное перо для того, чтобы он не смог ненароком прочесть, что я такое выписываю на страницы. У моего супруга не было дурной привычки вчитываться в мои записи, проходя мимо, но я не могла надеяться лишь на провидение.

— Какая четкость линий… Да и ваш писарский навык заслуживает лишь похвал, — цокнул языком Фарнир, щурясь и пытаясь разобрать написанное. — Эта вся летопись?

— Первые десять лет, которые я смогла упомнить, — ответила я. — Вы же знаете, проживала достаточно долго я всего несколько раз, да и никогда особо меня не волновали события вокруг.

— Почему же? — удивился колдун. — Знания о будущем великая сила, ведь…

— Как женщина без титула и влиятельного супруга я не могла ни на что повлиять, даже если знала будущее, — резче, чем следовало, перебила я колдуна.

Фарнир ошарашенно умолк, глядя на меня так, будто бы мои слова оказались для него откровением.

— Простите мою непочтительность, миледи, — наконец-то проговорил колдун. — Я позабыл, какие порядки царят в Халдоне.

— В Сороге иначе? — спросила я.

— Нет, точно так же, — ответил колдун. — Но я более привык жить порядками Башни, а там все определяется твоими способностями, а не одеждами. Пред ликом Алдира и Хильмены мы все равны.

Колдун говорил какие-то глупости, но я не стала с ним спорить. Вопросы равенства меня волновали мало, да и казались мне эти темы достойными лишь пустых разглагольствований, когда совсем уж нечем заняться. А вот у нас с колдуном были задачи и поважнее.

— Так, если я правильно прочел… Извините мою нерасторопность, но я все еще не привык бегло читать на донском… Итак, засуха должна была начаться только в следующем году, верно?

— Все так, — кивнула я.

— Причем первый год был просто жаркий, а вот второй уже ударил в полную силу, а после по королевству прокатилась волна мора… Какого рода?

— Это были разные болезни, — не дождавшись приглашения от колдуна, я без затей уселась на один из свободных стульев, на что Фарнир даже ухом не повел, настолько он был погружен в чтение.

Поразительная непочтительность со стороны человека, который при любом удобном случае рассыпался сотней комплиментов, буквально соловьем пел. Или это была лишь роль, которую господин Фарнир отыгрывал для нас? Но ведь ранее он заявил, что на самом деле впечатлен идеями и достижениями Виктора, и я чувствовала искренность в словах колдуна.

— Так какого рода? — как ни в чем не бывало, продолжил задавать вопросы мужчина.

— Брюшная хворь, оспа… — стала перечислять я. — Как и обычно это происходит во время бедствий. Люди недоедают, слабеют, болезни берут свое.