— Но… — жалобно скрипит Азамат. — Что же делать… Не может же его жизнь состоять только из приказов? Надо ведь как-то ему объяснить, что мы его любим… Может быть, если бы я нашел правильные слова и поговорил с ним…

— Забудь, — перебивает духовник. — Даже не пытайся с ним «поговорить», ты его только больше запугаешь своими нежностями. Если не можешь быть эгоистом, то не подходи к нему вообще. Жди. Это не навсегда. Время или случай, что-нибудь его образумит. Только не твои разговоры.

— Поначалу он таким не был… — цепляется за последнюю соломинку Азамат.

Алэку надоедают щенята с божьими коровками, и он просится к папе на ручки. Азамат берет его и покачивает на коленке.

— Был, только боялся это показать, — пожимает плечами Алтонгирел.

— В принципе, — замечаю, — я вижу логику в том, что ты говоришь. Но я слишком хорошо помню, как ты можешь все неправильно понять.

Духовник сверкает на меня глазами.

— Одно дело — неправильно понять инопланетную женщину. Совсем другое — паренька из приюта. Поверь, Лиза, яочень хорошо знаю, что творится у него в голове. Я все еще хорошо помню, что творилось в моей собственной голове в этом возрасте.

Азамат мрачнеет.

— Я надеюсь, он не пойдет по твоим стопам.

Алтоша кривится.

— В смысле, не станет духовником? — удивляюсь я. Впервые слышу, что Азамат что-то против этого имеет.

— Нет, я имею в виду выбор учителей, — поясняет Азамат, но по глазам видно, что мыслями он где-то далеко.

Алтонгирел явно напрягается, но сдерживает возражения.

— Еще и поэтому я тебе советую быть с ним посуровее, чтобы не позволить ему совершить ту же… ошибку.

Азамат резко возвращается в реальность и удивленно и настороженно смотрит на Алтошу. Тот отворачивается и встает.

— Пойду. Эцаган, наверное, уже дома. Счастливо оставаться.

И строевым шагом покидает нашу гостиную.

— Что это было? — моргаю я.

— Да так. — Азамат несколько расслабляется и гладит Алэка по голове. — Воспоминания детства.

Кир выходит к ужину спокойный и не растревоженный разговором с духовником. Ни дать ни взять Алтоша чему-то учится у своего психоаналитика. Ест Кир тоже нормально, без обжирательства, но и не ковыряется в тарелке. Хороший подростковый аппетит. Молчит, но не напряженно, скорее просто думает о своем. Наблюдает, как Азамат кормит Алэка с ложечки.

После того как приносят сладкое, Кир начинает странно поглядывать на меня. Я делаю вид, что не замечаю, пускай набирается смелости, а то еще спугну.

— Мм, Лиза-хон? — наконец выдавливает Кир.

— Аюшки? — киваю ему.

— Вы сегодня куда-нибудь из дому пойдете?

Я задумываюсь. Вроде никто меня никуда не звал. Дом Целителей, конечно, битком набит присланными с выезда больными, но, судя по Янкиным докладам, все стабильны и никакого аврала нет, так что я сегодня могу отдыхать с полным правом.