В полку должны были быть офицеры, кроме командира, полковника, — подполковник и майор (штаб-офицеры), 10 капитанов, 10 поручиков, 10 прапорщиков (по числу рот), один поручик-квартирмейстер и один адъютант (обер-офицеры). В каждой роте должны были также состоять подпрапорщик, 4 капрала, вахмистр, каптернариус, два барабанщика и гобоист.

Офицеры и унтер-офицеры набирались в основном из старых конных полков и гвардии; привлекались и иноземцы, служившие в других армиях в конном строю.

В отношении обмундирования за образец была принята шведская военная форма. Для драгун она должна была быть синего цвета, но — за недостатком сукна именно этого цвета — очень часто первые драгунские полки русской армии представляли собой большое разнообразие и в цветовой гамме своих мундиров, и в форме одежды, поскольку единого утвержденного образца еще не было, и командиры полков руководствовались собственными соображениями о форме одежды.

Вообще драгунские полки того времени очень мало походили на благоустроенную кавалерийскую часть и были драгунскими лишь по названию. Лошади были разномастные и различались по своему росту. Люди не были приучены к конному строю, зачастую передвигались пешком, а лошадей перегоняли табунами.

Такое же разнообразие представляло собой и вооружение драгун. Рядовые драгуны имели фузею и палаш, унтер-офицеры и офицеры — пистолеты и холодное оружие, которое также было разнообразным. Лишь через пару лет русская конница приобретет единообразие и в форме одежды, и в вооружении.

Еще до нарвского «конфуза» в армию было отправлено большое количество малороссийских казаков. Согласно «Самовидцу...», украинские казаки вышли в поход в праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня 1700 года{30} . Вперед ушел Полтавский полк полковника Ивана Искры (2290 казаков) и был сразу направлен к Нарве, куда стягивалась вся русская армия{31} .

Вслед за ним гетман Мазепа направляет еще 13 500 казаков (Киевский, Прилуцкий, Черниговский, Нежинский, Миргородский, Стародубовский и «охотничьи» полки) под командой своего племянника полковника Ивана Обидовско-го (полковника Нежинского полка), но они не успели к сражению под Нарвой. Помимо собственных казаков Мазепе предписывалось отправить и запорожцев, однако они отказались двигаться вместе с Обидовским и лишь к масленице (то есть в конце февраля 1701 года) добрались до Смоленщины. При этом, по донесениям Мазепы, они причинили столько бед и грабежей жителям русских сел, что гетман просил скорее бросить их в бой во искупление вины.