Ермак кивнул.
— Благодарю за мудрость, Торум-Пек. Мир сохранён.
Назад мы плыли в сумерках. Иртыш был тих, лишь рыба изредка всплескивала. Шли разговоры.
— Жаль, что не узнали, чьи это люди, — вздыхал Савва, чувствуя свою вину. — Вогулы бы к нам союзом стали.
— Станут,- сказал Мещеряк. — Но ещё не время. Они осторожные, выждут, кто сильнее.
— А мы и будем сильнее, — мрачно сказал Ермак.
Я промолчал. Нас было всего четыреста против всей Сибири, хотя мы держались.
Кашлык показался из-за поворота: деревянные стены, факелы. Это наш дом, наша крепость в чужой земле.
— Мир с вогулами! — крикнул кто-то, когда струги ткнулись в пристань.
— Слава атаману! — так же громко ответили со стены.
Глава 14 * * *
Лесная ставка Кучума стояла в глубине глухих сибирских дебрей, где густой ельник подступал к самому берегу извилистой речушки. Шатры хана раскинулись на небольшой поляне, со всех сторон охраняемой вооружёнными людьми. Вечерний дым костров тянулся сквозь хвойные кроны, а ветер доносил запах конины и овечьего жира. В воздухе висело тяжёлое напряжение: вести из были тревожны. Неудачи множились одна за другой.
В главном шатре, обитым узорчатыми коврами и украшенным позолоченными блюдами и оружием, сидел хан Кучум. Его суровое лицо с густыми бровями и черной бородой мрачно застыло, глаза горели гневом. В шатер, пригнув голову, вошёл мурза Карачи — ближайший советник хана, человек, привыкший повелевать воинами и внушать страх подчинённым. Но сейчас он держался робко, понимая, что хан не зовёт его для похвалы.
Кучум не сразу заговорил. Он долго смотрел на советника, будто решая, стоит ли тот самого слова. Лишь затем его голос раздался тяжёлым, словно удар плетью:
— Карачи… Зачем ты берёшься за то, что не способен довести до конца?
Мурза склонил голову ниже.
— Повелитель, — произнёс он глухо. — Мы нашли русских бродяг, всё устроили, как было велено. Они подожгли рощу вогулов, и пламя поднялось до небес. Мы рассчитывали, что вогулы объявят войну Ермаку.
Глаза хана блеснули.
— А почему вы их сразу не убили? — резко перебил он.
Карачи вздрогнул, но ответил честно, без увёрток:
— Не успели. Они убежали.
— Убежали? — в голосе Кучума зазвенел металл. — И почему не поймали?
— Не смогли догнать, повелитель, — признался мурза.
Хан встал с ковра, широкие складки его халата распахнулись, тяжёлый кинжал блеснул в ножнах. Он сделал шаг вперёд, и шатёр словно сжался.
— Ермак смог их найти, — прогремел Кучум, — а вы нет? Казаки его настигли беглецов, и теперь они смеются нам в лицо! Они узнали в бродягах поджигателей и сняли обвинения с русских. Война с Ермаком отменилась! Ты понимаешь, что ты сделал? Ты разве мой советник? Нет! Ты глупец, который подставил меня перед всеми.