Мирзабек же остался всё таким же непроницаемым. Только лёгкое движение руки к сумке выдавало его готовность к тому, что ждало впереди. Лечить или… что-то иное — это решится уже в шатре хана, когда он увидит Кучума и оценит обстановку. Приказ Бухарского хана был предельно ясен в своей туманности: «Действуй по обстоятельствам, во благо Бухары». И Мирзабек знал, что означают эти слова на языке дворцовой политики.

Отряд начал спускаться с холма навстречу судьбе. Закат окрасил степь в красные тона, словно предвещая, что прольётся кровь — если не от меча, то от более тонких инструментов политики.

* * *

Я сидел на бревне и чертил план будущего города. Мои пальцы сжимали карандаш этого времени — тонкую обугленную палочку. Перед глазами стоял не просто очередной острог, а настоящая столица — Тобольск, город моей мечты и амбиций.

Кашлык душил меня своей теснотой. Тысяча человек ютилась здесь как сельди в бочке, а я видел будущее — пять тысяч жителей, широкие улицы, правильную планировку. Но масштабы предстоящей работы вызывали дрожь.

Стены. Вот с чего все начиналось в моих расчетах. Три с половиной километра по периметру — я несколько раз пересчитывал эту цифру, прикидывая в уме количество бревен, необходимых для такого строительства. Квадрат со стороной примерно в восемьсот семьдесят пять метров. Пространства хватит не только для жилых домов, но и для складов, мастерских и прочего. Город не должен задыхаться от собственного роста, как это случилось с Кашлыком.

Шесть метров высоты — на метр выше, чем здешние стены. Я знаю, что психологический эффект от высоких стен не менее важен, чем их практическая польза. Враг должен видеть мощь города еще на подходе, чувствовать собственную малость перед этими деревянными исполинами.

Башни — вот что заставляло меня волноваться еще больше. Тридцать, а лучше сорок башен по периметру. Я прикидывал расстояние между ними — примерно по сто метров, чтобы перекрестный огонь был плотным и не оставлял мертвых зон. Каждая башня должна выдаваться вперед за линию стен, создавая фланкирующий огонь.

На каждой башне — пушки. Имеющиеся сейчас, конечно, далеко от идеала, но для устрашения кочевников и отражения штурмов сойдет. А между пушечными выстрелами — полиболы. Эти древние многозарядные арбалеты могли выпускать множество болтов в минуту. Пока пушкари перезаряжают орудия, полиболы будут поддерживать непрерывный огонь.

Я встал и прошелся, разминая затекшие ноги. Четыреста воинов на три с половиной километра стен — цифры не очень сходились. При традиционной обороне нам просто не хватит людей. Но я думал иначе. Мобильные резервы, быстрое перемещение по стенам, концентрация огня. Нужен будет хороший настил по всему периметру стен — широкий, крепкий, способный выдержать бег вооруженных людей и даже перекатывание пушек, причем не обязательно самых легких.