— Но без доказательств…

— Верно. Когда наступит время для разборок, тебе понадобятся надежные улики. И в этом я готов помочь. Признаюсь, до недавних драматических событий просто не обращал внимания на эту возню… Мне докладывали, но масштаб был столь ничтожен… После захвата осколка имперцами и начала герильи я сделал выводы и приказал начать основательную разработку этой псевдопартии. Но ты мне будешь должен.

— С чего бы вдруг? Ты, Вилли, таким образом намерен сломать игру своим оппонентам. Это выгодно именно тебе. Более того, ты меня еще и подставляешь под их молотки, ведь эти корпораты после провала своих планов определят меня как главного виновника. Так что скорее уж это ты мне будешь должен…

— Хм… а ты растешь на глазах, Марти. Начинаешь мыслить стратегически. Что ж, это тоже верно. Поэтому мы нужны друг другу. И я рад, что у тебя не осталось сомнений — эта война, и я не про Аустрайх, а про Ганзу, и твоя тоже. Отсидеться в сторонке не получится.

— Если мы надежно прикроем выходы из тоннелей…

— Да, это хороший ход, но его будет недостаточно. Любую ПВО можно преодолеть. Нет, нам придется побеждать здесь, в Ганзе. Иначе эта возня может затянуться надолго.

— Честно, я не представляю, как мне побеждать даже самую слабую корпорацию из Золотой сотни. Силы несоизмеримы.

У Вахрамеева имелся козырь в рукаве и не один. Но озвучивать свои настоящие намерения хитрому рахдониту ему и в голову не приходило.

— Верно. Основную роль в этом спектакле я отвожу себе, но и тебе, и твоим сокланам предстоит отыграть важную партию.

— Остается вопрос, что я за это получу.

— А ты не думаешь, что рановато еще делить шкуру неубитого медведя, так кажется, у вас говорят?

— Самое время.

— Хорошо, в таком случае, что ты хочешь?

Мартемьян принялся срочно кубатурить варианты, но тут же поймал себя на мысли, что спешка сейчас ни к чему. Проблема была в том, что до этого момента ему и в голову не приходило размышлять на такие темы. Никакого внятного плана, никакой проработки темы, ни даже понимания, какой результат будет приемлем и достаточен, у него не было заготовлено. По ходу разговора Март, подняв эту тему, внутренне рассчитывал, что Мертон сам озвучит условия, а он уже отыграет варианты, но тот оказался хитрее.

— Пожалуй, Вилли, ты прав. Я возьму небольшую паузу «на подумать», и мы вернемся к этому разговору немного погодя.

Мертон с нескрываемым уважением посмотрел на молодого кержака. Такого хода от него он не ждал.

— Договорились. Как будешь готов, мы снова встретимся.

Генерал-инспектор бушевал, рвал и метал. Сначала случился пожар в только построенном госпитале, затем пропал Вальдов. Его уже мысленно похоронили, а утром доложили, что оказывается тот живой и невредимый покинул посреди ночи Пампу на выделенном персонально для него губернатором фон Дасселем малом киппроторе класса «Фельдегерь». Теперь что-то предпринимать было поздно, спустя восемь часов отправлять погоню и пытаться догнать предателя стало объективно невозможно. А с учетом того, что тот, как оперативный сотрудник Абвера, умел профессионально заметать следы, задача превращалась просто в фикцию.