— Ты. Спрашиваешь про список, уточняешь отчества, порядок вручения, да что угодно. Главное — не даёшь им объявить итоги без меня.

Федя сглотнул и кивнул.

— Понял. Наверное…

Быстрее всех пришел в себя Кирилл. Пока Леночка и директор синхронно ахали и охали в кабинете, этот товарищ выскочил вслед за мной в коридор.

— Одну секундочку! — Кирилл вырос передо мной, перегораживая проход.

— Да хоть две, — ответил я и повернулся к Феде. — Иди, я догоню.

Федя закивал и пошел дальше, то и дело оглядываясь через плечо. Я вернул взгляд к Кириллу.

— Говори, уже три секунды прошло.

— Ты что творишь⁈ — зашипел Кирилл. — Ты же живой из ситуации не выйдешь, ты дурак⁈

— Это всё, что ты хотел сказать? — я смотрел ему прямо в глаза. — Если всё, то нам не о чем разговаривать. Уйди с дороги.

Кирилл, видимо, посчитал, что его слова должны были произвести эффект на меня. И когда этого не случилось, попросту опешил. Он медленно отошел в сторону, освобождая мне коридор. Вот и поговорили, что называется, не найдя консенсуса.

Я двинулся прямиком к актовому залу. Там действительно было шумно. Накануне я послал сообщение в общий родительский чат. В этом сообщении я довольно эмоционально выдал мотивационную речь родителям своих пацанов. Мол, так и так, ваши детки блестяще проявили себя. И через час в лагере, прямо в актовом зале, мы будем отмечать детей грамотами. А ваше родительское присутствие было бы совершенно не лишним.

Родители у наших ребят были людьми занятыми. У кого-то бизнес, у кого-то должность, у кого-то вечная гонка между совещанием, водителем и вторым телефоном. Но была одна вещь, ради которой такие люди умели освобождать время мгновенно, — публичная похвала собственного ребёнка.

Похвала сына для них звучала почти как похвала себе. Значит, шанс, что они приедут, был высоким. А если приедут, то кабинетная возня директора превращалась в публичный номер.

Так и получилось.

На подходе к актовому залу я видел, что приехали родители как минимум половины красных. Мужчины, женщины — все они рассаживались по местам, а к актовому залу подходили всё новые и новые родители.

Есть одна такая хорошая поговорка — хочешь жить, умей вертеться. Поэтому второе смс я отправил Танечке. С одной небольшой и невинной просьбой, не вдаваясь в детали и подробности. И Таня, как умница и красавица, мою просьбу выполнила.

— Роман Михайлович! — послышался писклявый голосок, когда я подходил к дверям актового зала.

— Да, Танечка.

— Вот, держите, тут всё как вы просили — бланки грамот! — выпалила Танечка, протягивая мне пару десятков чистых грамот.