Я переводил взгляд с одного на другого. Ну и что с вами делать, мои хорошие?
На земле у бордюра лежал хороший такой камень. Я наклонился, схватил его и поднял на уровень груди.
— Сука, замочу! — зарычал я.
Глава 8
Внутри я оставался предельно собран, но в такие моменты спокойствие могло быть воспринято за слабость. А такой вот рык вполне подчёркивал решимость действовать жёстко и без задней передачи.
Фатима снова шагнула вперёд.
— Вы с ума сошли?
Моему давнему собеседнику не терпелось скорее поставить точку, и он тоже рявкнул, видя, что его быки на миг замерли и не понимают, что делать дальше.
— Вяжите его! — прохрипел он.
Четверо мордоворотов двинули на меня, я попятился, крепче держа камень в руке. И ровно тогда, когда между нами оставалось несколько метров дистанции, а я уже скинул камень, чтобы обрушить его на голову первого, из-за спин быков донеслось:
— Роман Михайлович!
Голос сорвался на последнем слоге. Знакомо, чёрт возьми! Очень по-фединому. Никогда не думал, что я так хорошо запоминаю чужие голоса, но вон как.
Я повернул голову ровно настолько, чтобы не потерять из виду тех, кто стоял передо мной. У ворот, за прутьями, появился Федя. Бледный, какой-то весь растрёпанный, в той же мятой рубашке, в которой я застал его в кабинете. Глаза у Феди были выпучены, мужик был не на шутку перепуган. Но он стоял у ворот…
Охранник позади него трусливо выглядывал из будки.
Мой бывший неприятный собеседник тотчас повернулся к Феде, и на его лице появилась настоящая досада. Один взрослый свидетель — уже неудобство. А свидетель из лагеря, к тому же куратор — это уже конкретный риск.
Кстати, в этот момент мне стало понятно, кто именно присылал Феде то СМС с угрозами. Теперь неудивительно, почему у куратора синих было такое паршивое настроение. Видимо, знал, кто будет претворять угрозы в жизнь.
— Свали на хрен, — процедил главный.
Федя посмотрел на него, и я подумал, что он прямо сейчас сделает ровно так, как ему советовали, — свалит на хрен. Но нет же…
— Нет, — твёрдо ответил Федя.
Сам удивился. Я тоже оценил. А у бывшего собеседника от этих слов глаза на лоб полезли. Он наверняка считал, что Федя обработан и никаких проблем больше не создаст. Ну, положа руку на сердце, и если уж совсем честно, то у меня в голове тоже гуляли подобные мысли.
— Ты, видимо, не понимаешь ситуации, — процедил главный.
— Уже начинаю понимать, — ответил Федя. Голос у мужика дрожал, но говорил он уверенно.
Фатима посмотрела на Федю внимательнее. Похоже, в её картине мира он значился лишь незначительной деталью интерьера. Сейчас же она понимала, что это совсем не так.