Разговор у нас, конечно, получался крайне занимательным, но сидеть в автомобиле и всерьёз обсуждать подобные вещи мне было попросту неинтересно. Времени не было, поэтому хотелось поскорее перейти ко второй части, когда я откажусь. А эта вторая часть у них наверняка была так же подготовлена, как и конверт.

Я, как только этот мужик сел в автомобиль, сразу скользнул взглядом по его туше, подмечая наличие или отсутствие ствола. Ствол не увидел, но тем самым лишь убедился, что этот человек просто понимает, как носить оружие так, чтобы оно не было на виду.

Фатима молчала. Ей было неприятно, и она уже не пыталась это спрятать полностью. На её лице держалась холодная маска, но пальцы на сумке сжимались сильнее. Она прекрасно понимала, что «покупка» не сработает.

Я снова поймал взгляд мужика в зеркале заднего обзора.

— Давайте будем уважительно относиться к времени друг друга. Предлагаю сразу перейти ко второй части разговора.

После этих слов я напрягся, понимая, что далее может последовать силовое решение вопроса. Мужик действительно протянул руку, но не за пазуху, а к телефону на подлокотнике. По всей видимости, выбрал промежуточный вариант между теорией и практикой.

Он взял телефон, включил экран и положил его так, чтобы я видел несколько фотографий. Снимки были сделаны издалека. Фото, где я у ворот, потом возле корпуса, рядом с пацанами после ТЦ. Один кадр с парковки торгового центра: Марат, быки, я на краю, девочки в стороне.

Качество снимков было плохое, но смысл от этого не менялся.

— У вас за несколько дней богатая динамика, — заговорил мужик.

То, что он говорил дальше, было чертовски предсказуемо. По сути, сейчас он приводил ровно те аргументы, которые каких-то десять минут назад приводила мне Фатима.

Мужик напомнил про мою попытку суицида и дальше по списку до драки пацанов в ТЦ.

Что тут сказать, дело, которое они сейчас шили мне, получалось крайне весомым. При должном желании, деньгах и правильных формулировках обвинения сидеть мне далеко и долго.

Так что доводы у этого мужика были тяжеловесные. Прежнего Ромку, будь он на моём месте, при таком раскладе уже хватил бы инфаркт. Вот только я на такого рода ультиматумы был закалён.

Но тут важно понимать — если бы они могли решить этот вопрос без моего участия, то уже решили бы. Безо всяких разговоров. А раз я сидел здесь и со мной пытались договориться, значит, решить вопрос без моего участия попросту не получалось.

— Так что, Роман Михайлович, мне хочется донести вам, что у вас попросту нет других вариантов.

Закончив демонстрацию, которая заняла в общей сложности минут пять, мужик убрал телефон.