— Слышь, рот закрыл.

— Закрой мне сам.

— Да я тебя…

— Давай, покажи.

Я слушал это всё и не вмешивался. Рано. Каждый тащил на стол свой главный аргумент: деньги, папу, удар в голову, известную рожу, тачку. Набор был богатый, но только толку — на копейку.

Я поднял руку. Шум ещё шёл по инерции, потом стал спадать. Когда последние реплики дозвучали, я заговорил:

— Чё, пацаны. Нет у вас табеля о рангах, да?

Они на секунду замолчали. Даже те, кто собирался дальше мериться родословной и количеством охраны у отца.

Я смотрел на каждого по очереди, лениво, как на витрину с одним и тем же товаром в разной упаковке.

— Да с чего ты взял? — буркнул Глеб.

— С того, что я вам дал минуту сделать простую вещь, а вы устроили давку и заистерили, — ответил я. — На словах вы тут все Львы Толстые, а на деле хрены простые?

Послышались смешки.

— Так что надо смотреть по делу, кто и что из себя представляет.

В комнате снова зашевелились. Я увидел мелькнувший в глазах пацанов интерес. Осторожный, раздражённый, но зато живой. Они почувствовали, что разговор про крутость я не бросил и в нравоучение его тоже не превращу.

Я ещё раз обвёл мажоров взглядом.

— Раз вы сами свой расклад не знаете, я вам помогу его узнать. Только потом не обижайтесь на результат. Он упрямая штука. Особенно когда вылезает наружу при свидетелях. Так что те, кто опасаются себя проявлять, — сразу шаг назад.

Шаг назад не сделал никто.

Только послышались нервные смешки.

Я на секунду замолчал, прикидывая, как подать им следующую вещь. Мягкие разговоры про правильные коллективы тут бы сдохли на первом же смешке.

Тут как по заказу один из красных, здоровый, стриженый под полубокс, но с отпущенной неприлично длинной чёлкой, вышел вперёд. Я сразу считал по физиономии — этому красавцу дома часто сообщали, что он лев, тигр и вообще редкий случай в истории человечества. Выйдя, он с важным видом выдал:

— Один в поле воин. Мне так батя говорит.

Несколько человек сразу закивали. Что тут сказать — у таких фраз всегда хорошая родословная: батя сказал, дед подтвердил, личный водитель молча одобрил.

Я пожал плечами.

— Раз твой батя так говорит, значит, у него был повод.

Пацан даже чуть выпрямился от гордости. В комнате мелькнуло короткое оживление. Но в этот момент с дальнего края подал голос парень с капюшоном на голове, в кепке с прямым козырьком и очках с палец толщиной.

— Да в катке в доту даже так не канает, — сказал он. — Там роли нужны. Один ломится, второй прикрывает, третий на подхвате. Иначе в две минуты сложат.

На него тут же зашикали.

— О, задрот проснулся.