— И как ты с таким умом академию окончил, — цокнула тетушка.

На что Острави вспыхнул:

— Да любая высокородная девица была бы счастлива стать герцогиней!

Я щелкнула пальцами и, подавшись вперед, шепнула:

— Так почему же вы не взяли любую девицу? Видимо, вам был нужен именно мастер-щитовик.

На лице мастера появилось ошеломленно-виноватое выражение, а значит, я попала в цель.

— Вы не думали, что колдуньи, с головой уходящие в науку, немного отличаются от юных леди, которые мечтают выйти замуж за герцога? — я вскинула бровь.

Тетушка сложила руки на груди и медленно проговорила:

— Они и не думали, они действовали. Быстро и безоглядно.

— Надо же, как будто стихия огня разбушевалась, — усмехнулась я. — Значит, мой дар понадобится вам очень и очень быстро. Что ж, советую начать переговоры с письменной просьбы о разводе.

— Боюсь, что наш разговор ни к чему не приведет, — процедил мастер Острави.

Я же пожала плечами:

— Отчего же? На мой взгляд, это была очень хорошая беседа, мы многое от вас узнали.

Через минуту мы услышали, что целители умеют очень грязно и изощренно ругаться. Конечно, Острави сдержался и вышел, но уголок ковра, сунутый в дверь, позволил нам с тетушкой насладиться звуками отчаяния.

— Не думала, что это физиологически возможно, — покраснела Лукреция, выслушав особенно залихватский пассаж.

— Он целитель, ему видней, — ошеломленно отозвалась я, — хотя, конечно, немыслимое предположение…

Бегло осмотрев малый библиотечный зал, мы с тетушкой переглянулись и вздохнули. На полках были собраны приключенческие романы и исторические хроники. Ни магических фолиантов, ни научных журналов.

— Слуги будут портить нашу еду. — Лукреция села на диван и похлопала рукой по свободному месту. — Ты понимаешь это?

— Я никогда не жаловалась, но… Травля меня не пугает, тетушка.

Устав страдать, я стала самой ядовитой тварью пансиона благородных магесс.

— Взрослые подвели тебя. — Лукреция обняла меня.

Я позволила себе утонуть в горьковатом аромате ее духов. Прикрыв глаза, просто размеренно дышала, усмиряя взметнувшееся пламя.

Тихий скрип заставил меня вздрогнуть. Подняв голову, я посмотрела на дверь, и тетушка тихо сказала:

— Господин приходил, я сделала вид, что не вижу его.

— И он ушел.

— И он ушел.

Растерев лицо руками, я со смешком проговорила:

— Знаешь, учитывая всю таинственность, начинаю думать, что он хочет обнести королевскую сокровищницу. Иначе зачем ему мастер щитов?

Мы не говорим этого вслух, но тот, кто умеет ставить колдовские барьеры, умеет их и вскрывать…

***

К вечеру в мою комнату доставили роскошное тяжелое платье, в котором сочетались серебро райн-Торландов и глубокий фиолетовый цвет райн-Рейвисов.