он. — Что? — Как Заяц вас испугался? — А! Заяц? Представляешь? Я лечу. А тут — он. Давай ещё ложечку. Слышишь, как пахнет? Ух! Ёжик выпил. — Ну вот. Сидит, ушами вертит. Тут мы. — С Филином? — Ага. Он ка-ак подскочит, ка-ак побежит! Филин чуть на дерево не налетел. Давай за Филина. — Нет. Уже совсем не могу, — сказал Ёжик. — Давай я лягу. Медвежонок уложил Ёжика на прежнее место и укрыл тулупом. — Ну как, — спросил Медвежонок, — тепло? — Угу, — сказал Ёжик. — А про Филина придумал? Говори. — Да что ты? Вот выздоровеешь, вместе полетаем. — Полетаем, — еле слышно пробормотал Ёжик, засыпая. Как Ёжик с Медвежонком приснились Зайцу По первому снегу Заяц прибежал к Медвежонку. — Медвежонок, ты лучший из всех, кого я знаю, — сказал Заяц. — А Ёжик? — Ёжик тоже хороший, но ты — лучше всех! — Да что с тобой, Заяц? Ты сядь, успокойся. Чего ты прыгаешь? — Я сегодня проснулся и понял, — сказал Заяц, — что лучше, тебя нет на свете. Вошёл Ёжик. — Здравствуй, Медвежонок! — сказал он. — Здравствуй, Заяц! Вы чего сидите в доме — на улице снег! — Я собрался идти к тебе, — сказал Медвежонок. — А тут прибежал он и говорит, что я лучше всех. — Верно, — сказал Ёжик. — А ты разве не знал? — Правда, он самый лучший? — сказал Заяц. — Ещё бы! — Ёжик улыбнулся Медвежонку и сел за стол. — Давайте чай пить! Стали пить чай. — Вот слушайте, что мне сегодня приснилось, — сказал Заяц. — Будто я остался совсем один в лесу. Будто никого-никого нет — ни птиц, ни белок, ни зайцев, — никого. «Что же я теперь буду делать?» — подумал я во сне. И пошёл по лесу. А лес — весь в снегу и — никого-никого. Я туда, я сюда, три раза весь лес обежал, ну, ни души, представляете? — Страшно, — сказал Ёжик. — Ага, — сказал Медвежонок. — И даже следов нет, — сказал Заяц. — А на небе — вата. — Как — вата? — спросил Ёжик. — А так — ватное, толстое небо. И глухо. Будто под одеялом. — Откуда ты знаешь, что глухо? — спросил Медвежонок. — А я кричал. Крикну и прислушаюсь… Глухо. — Ну! Ну! — сказал Ёжик. — И тут… И тут… — Что? — И тут… Представляете? Из-под старого пня, что на опушке… — За холмом? — Нет, у реки. Из-под старого пня, что на опушке у реки, вылез… — Ну же! — сказал Медвежонок. — Ты, — сказал Заяц. — Медвежонок! — Что ж я там делал, под пнём? — Ты лучше спроси, что ты сделал, когда вылез? — А что я сделал? — Ты вылез и так тихонько-тихонько сказал «Не горюй, Заяц, все мы — одни». Подошёл ко мне, обнял и ткнулся лбом в мой лоб… И так мне сделалось хорошо, что я — заплакал. — А я? — спросил Медвежонок. — И