и подошли к Ворону. — Скоро стемнеет, — сказал Ёжик. — Ворона, идёмте чай пить. — Я Вор-р-рон, — медленно, хрипло сказал Ворон. — Я чая не пью. — А у нас — малиновое варенье, — сказал Медвежонок. — И грибки! Ворон смотрел на Ёжика с Медвежонком старинными, каменными глазами и думал: «Э-хэ-хэх!..» — Я чая не пью, — сказал он. — Мёдом угощу, — сказал Медвежонок. — А у нас и брусника, и клюковка, — сказал Ёжик. Ворон ничего не сказал. Он тяжело взмахнул крыльями и поплыл над поляной. В густых сумерках с распростёртыми крыльями он казался таким огромным, что Ёжик с Медвежонком даже присели. — Вот это птица! — сказал Медвежонок. — Будет она с тобой чай пить! — Это он, Ворон, — сказал Ёжик. — Всё равно птица. «Позовём, позовём!» — передразнил он Ёжика. — Позвали. — Ну и что? — сказал Ёжик. — Он привыкнет. Представляешь, всё один и один. А в следующий раз — обязательно согласится… Уже почти в темноте Ворон летел над полем, видел какие-то далёкие огоньки и почти ни о чём не думал, только широко и сильно подымал и опускал крылья. Если меня совсем нет Ещё совсем немного — и загорятся звёзды, и выплывет месяц и поплывёт, покачиваясь, над тихими осенними полями. Потом месяц заглянет в лес, постоит немного, зацепившись за верхушку самой высокой ёлки, и тут его увидят Ёжик с Медвежонком. — Гляди, — скажет Ёжик. — Угу, — скажет Медвежонок. А месяц подымется ещё выше и зальёт своим холодным, тусклым светом всю землю. Так было каждый вечер в эту ясную холодную осень. И каждый вечер Ёжик с Медвежонком собирались то у Ёжика, то у Медвежонка и о чём-нибудь говорили. Вот и сегодня Ёжик сказал Медвежонку: — Как всё-таки хорошо, что мы друг у друга есть! Медвежонок кивнул. — Ты только представь себе: меня нет, ты сидишь один и поговорить не с кем. — А ты где? — А меня нет. — Так не бывает, — сказал Медвежонок. — Я тоже так думаю, — сказал Ёжик. — Но вдруг вот — меня совсем нет. Ты один. Ну что ты будешь делать? — Пойду к тебе. — Куда? — Как — куда? Домой. Приду и скажу: «Ну что ж ты не пришёл, Ёжик?» А ты скажешь… — Вот глупый! Что же я скажу, если меня нет? — Если нет дома, значит, ты пошёл ко мне. Прибегу домой. А-а, ты здесь! И начну… — Что? — Ругать! — За что? — Как за что? За то, что не сделал, как договорились. — А как договорились? — Откуда я знаю? Но ты должен быть или у меня, или у себя дома. — Но меня же совсем нет. Понимаешь? — Так вот же ты сидишь! — Это я сейчас сижу, а если меня не будет совсем, где я буду? — Или у меня, или у себя. — Это, если я есть. — Ну, да, —