ты, — сказал Заяц. — Стоим и плачем. — А я? — спросил Ёжик. — А тебя не было, — сказал Заяц. — Больше никого не было. Представляешь? — Заяц обернулся к Медвежонку. — Пустой лес, ватное небо, ни-ко-го, а мы стоим и плачем. — Так не бывает, — сказал Ёжик. — Я обязательно должен был появиться. — Так это же во сне, — сказал Медвежонок. — Всё равно. Просто вы плакали и не заметили, как я вышел из-за куста. Вышел, стою, вижу — вы плачете; ну, думаю, плачут, есть, значит, причина, и не стал мешать. — Не было тебя, — сказал Заяц. — Нет, был. — Не было! — А я говорю — был! — сказал Ёжик. — Просто я не хотел мешать вам плакать. — Конечно, был, — сказал Медвежонок. — Я его видел краем глаза. — А что же мне не сказал? — сказал Заяц. — А видел, ты потерянный. Сперва, думаю, успокою, а уж потом скажу. И потом — чего говорить-то? Ёжик, он ведь всегда со мной. — А по-моему, мы всё-таки были одни, — сказал Заяц. — Тебе показалось, — сказал Ёжик. — Примерещилось, — сказал Медвежонок. — А если так, что у меня с собой было? — А у тебя с собой что-нибудь было? — Ага. — Мешочек, — сказал Ёжик. — С морковкой, — сказал Медвежонок. — Правильно! — сказал Заяц. — Вы знаете, кто вы для меня? Вы для меня самые-самые лучшие из всех, кто есть на земле! Ворон Посыпал мелкий снежок, потом прекратился, лишь ветер слабо раскачивал верхушки деревьев. Трава, неопавшие листья, ветви — всё поблёкло, посветлело от холода. Но лес стоял ещё большой, красивый, только пустой и печальный. Ворон сидел на суку и думал свою старинную думу. «Опять зима, — думал Ворон. — Опять снегом всё заметёт, завьюжит; ёлки заиндевеют; ветки берёз станут хрупкими от мороза. Вспыхнет солнце, но ненадолго, неярко, и в ранних зимних сумерках будем летать только мы, вороны. Летать и каркать». Надвинулись сумерки. «Полетаю», — подумал Ворон. И неожиданно легко соскользнул с насиженного места. Он летел почти не двигая крыльями, чуть заметным движением плеча выбирая дорогу между деревьев. «Никого, — вздыхал Ворон. — Куда они все попрятались?» И действительно, лес был пуст и сир. — Сер-р-р! — вслух сказал Ворон. Он опустился на старый пень посреди поляны и медленно повернул голову с синими глазами. — Ворона, — сказал Ёжику Медвежонок. — Где? — Вон на пне. Они сидели под большой ёлкой и глядели, как лес заливают серые сумерки. — Пойдём с ней поразговариваем, — сказал Ёжик. — А что ты ей скажешь? — А ничего. Позову чай пить. Скажу: «Скоро стемнеет. Пойдёмте, Ворона, чай пить». — Идём, — сказал Медвежонок. Они вылезли из-под ёлки