В то же мгновение из туловища и головы зверя во все стороны хлынула тьма, стремясь вернуться на нижние уровни изнанки вселенной. Но сам барон Кёнинг не обратил на это внимания, в конце концов сила бездны ему была без надобности. Вместо этого он постарался поймать пытавшуюся сбежать порабощённую душу архиепископа Селонии, заключив ту в оторванную им голову, медленно возвращавшуюся к нормальному виду.
— Да не распадайся же ты, — ворчал он, пытаясь удержать в целости энергоструктуру души. Отравленная бездной душа, однако, не могла больше оставаться стабильной без подпитки чёрной энергией, медленно растекаясь в нейтральную силу. Память и личность души тоже стремительно распадались!
— Дай мне хоть что-то! Дай образ! Слово! Ну! — в сердцах, понимая, что долговременный источник информации ему не получить, ифрит с яростью ворвался своим сознанием в остатки души архиепископа, начав перебирать вручную всё, что осталось. Воспоминания из детства, первые тренировки и первая любовь, красивые виды, обида, церковные службы и пытки еретиков, — перед ним мелькали тысячи образов, но ни одной зацепки так и не находилось. И лишь под самый конец, когда душа архиепископа почти полностью разложилась, в его разум ворвался важный кусочек мозаики.
«Загадай желание, смертная. И оно тут же исполнится!» — прошелестел голос. Нереальный, нематериальный голос. И ещё всплыл визуальный образ, пришедший старухе сквозь сон…!
Это было последнее, что Вальтер увидел, прежде чем душа инквизитора растворилась в море вселенной, окончательно умерев.
Он выдохнул, открыл свои светящиеся глаза, и огляделся вокруг, скривившись с досады.
— Твою мать. Тёмные Леги… они-то здесь за каким хером? Этому миру везёт всё меньше…
Глава 28
Небо наконец-то перестало громыхать, отдав земле всю свою ярость. Остался лишь дождь. Проливной, полноводный, холодный. Он стремительно смывал все мелкие следы недавней битвы, превращая землю в однородное месиво и продолжая шипеть на теле барона. Тот уже не был столь ярким, медленно приходя в нормальное состояние — слишком серьёзной была ещё нагрузка на его изменённую плоть, когда сила его души вырывалась на полную мощь, давая тем самым запредельную силу и скорость. Хрупкий организм не стоило насиловать больше необходимого! Вон и кожа уже кое-где рассыпается, обнажая красно-жёлтую плоть, а стальные мышцы и вовсе гудели, ноя от микроразрывов.
Вальтер думал. Думал обо всём, что узнал, меланхолично осматриваясь вокруг, будто бы заново оценивая всю эту разруху и новый мировой расклад.
— Тёмные Леги… Зачем интересно исполнителям желаний соваться в эту дыру? Какой смысл? Странно всё это… Неужели у них здесь дела с бездной? Если так, то дело дрянь!