— Не кричи, Герда! В храме Истока надлежит быть спокойным и тихим словно вода. Я тебя чему учила столько лет? — ответила очень пожилая женщина в привычной манере.
— Но шестой сосуд… — у девушки аж дыхание перехватило, когда она попыталась что-то сказать. Настолько было сильно её волнение. Ведь ей оказали честь, поставили на столь почётное место — ухаживать за святыми сосудами, содержавшими в себе воду Истинного Истока, привезённую прямо из Доминиона.
— Что шестой сосуд?
— Он… разбился… — едва слышно прошептала девушка в чёрной рясе, сжав кулачки перед пышной грудью. Да так прижала, что сиськи, скрытые под тканью, начали уверенно выпирать, обнажив минимум пятый размер по земной классификации.
— Чушь! Сосуд со священной водой не может разбиться! Только если… только если… (!) А ну быстро назад! — вскочила старушка с несвойственной ей резвостью, и почти выбежала из кельи. Даже свитки свои оставила на рабочем столе, не потрудившись собрать их в тубус. Невиданная беспечность!
Глава 8
Ночное небо ярко светилось далёкими звёздами, ветер завывал, раскачивая обломки деревянных конструкций наполовину разрушенного особняка. Горячая земля щёлкала остывающими камнями растрескиваясь, когда на них падали холодные капли, а сам лёгкий дождь, заморосивший только что, наконец-то привёл в чувство замершего на месте Вальтера. Абсолютно голый, с коростами по всему телу, с красными белками глаз от лопнувших капилляров, и ярко розовыми обрубками на месте пальцев, он до поздней ночи просидел на одном месте. Ещё трижды набивая живот кониной, этот человек совершил невозможное, залечив все свои внутренние раны самостоятельно. Лишь те места, где кости нуждались в полном восстановлении, всё ещё имели плачевный вид — но на это уйдёт всего дней десять.
Поднявшись с земли в тусклом свете лун и звёзд, он провёл рукой по короткому ёжику отросших волос на голове, после чего двинулся к обгоревшему зданию. Не дело было оставаться совершенно голым — тем более его член всё ещё не зажил до конца, представляя собой жалкое зрелище. Неприятно и просто стыдно сверкать подобными ранами перед женщинами. А в том, что среди пленников таковые есть, барон даже не сомневался.
Оказавшись внутри, он миновал первые помещения, обгоревшие почти полностью, после чего оказался в ещё целой части здания. Тотчас Вальтера окликнул басовитый голос.
— Господин, вы очнулись!? Ой ты ж Исток всемогущий… эко вас поранило-то, — рядом вырос один из тех дружинников, что он поработил в самом начале боя. Он сжимал в руках заряженный мушкет с колесцовым замком, и располагался так, чтобы уверенно пристрелить любого, кто сунется по этому коридору. Разве что стоял на самом виду, маяча на линии огня, но это и не удивительно — эпоха такая. Пулям не кланяются.