— Дура она! Галатеей звать! — зло кинула Лияна, — Молодая бессовестная дура. Молодость в одном месте у неё зудит, — продолжила втаптывать в стыд свою ученицу женщина. — Но учится быстро — того не отнять. Мёртвых режет уже сама, а до живых пока не допускаю без присмотра. Ну и в алхимии немного смыслит — научила с пол сотни рецептам.

— Где мы находимся? Кто ещё здесь в этой части здания есть? Как быстро кто-нибудь появится?

— То южное крыло крепости ордена, господин. Хозяйственные, алхимические и медицинские помещения располагаются, а работают в основном слуги и простолюдины из младших сестёр. До полудня в это место никто не должен был войти — мы работаем в уединении. Но как закончили бы, матриарха и нескольких старших сестёр должны были принять. Или позвать, если что-то очень интересное найдём.

— Считай, что нашли. Дай мне вон ту колбочку, — указал Вальтер на чуть пузатый флакон со стеклянной пробкой. Пустой естественно. Взял скальпель, открыл флакон, и, разрезав часть ладони и палец, наполнил флакон своей кровью. Золотого цвета, с розовым оттенком, горячей, чуть светящейся!

— Ох ты ж… какая красивая… — Лияна буквально впилась глазами в колбу с кровью, с трепетом приняв её в свои морщинистые ладони, — Горячая! Ауш-ш… — перехватив через рукава балахона флакон, женщина вопросительно посмотрела на Вальтера.

— Покажи его одной из чародеек средней руки. Той, что чаще всего интересуется вашей работой, дабы не возникало подозрений. Скажи, что желаешь кое-что показать и приведи сюда.

— Господин и её сделает своей? — подала голос Галатея, уже оправившись от приступа кровоизлияния в лицо.

— Всех. Весь орден станет моим! Какие-то проблемы с этим? — всё же люди под влиянием его силы не теряли личность. Свет, что излучали свастики в тело и душу людей, лишь менял их точку зрения. Заставляя иначе оценивать многие вещи. Но основной стержень личности всё одно оставался целым. Естественно, если личность человека была слишком греховна, как у того трактирщика, загнила изнутри, человека ждал охранительный коктейль из стыда, мук совести и раскаяния о содеянном. Но даже так его личность и способность принимать решения не страдали.

— Нет господин… — погрустнела девушка, — Они достойны вам служить. Куда достойнее чем я…

— Скажи, Лияна, она единственная твоя ученица?

— Да куда там! Десять молодых дур на меня одну!

— Как закончу дела здесь, я вернусь домой — в свои владения. Но у меня в деревнях нет ни одного лекаря. Что скажешь, Галатея, не желаешь поехать со мной? Будет тебе там обширная медицинская практика.