— Как ты представишь меня своим родителям? — насторожился я, остановившись у покосившейся калитки.

— М-м-м, — девушка задумалась.

Видимо она не подумала об этом. В это время дверь дома открылась и показалась миловидная пышнотелая женщина. Она прищурилась, разглядывая нас, затем всплеснула руками и воскликнула:

— Тая! Приехала! А мы тебя уже не ждали, — она торопливо спустилась с крыльца и направилась к нам.

— Скажу, что ты мой хороший знакомый. Ладно? — прошептала она и вопросительно уставилась на меня.

Я кивнул. Впрочем, это была правда. Мы виделись всего несколько раз, и между нами не было ничего такого, что говорило бы о том, что мы больше, чем просто знакомые.

— Валентина Игоревна, — представилась женщина и протянула руку.

— Дмитрий Державин, — я чуть склонил голову и пожал ее мягкую руку.

— Очень приятно! Проходите, пожалуйста, вы как раз к обеду.

Она нежно обняла Таю, махнула нам рукой и направилась к дому.

Внутри обстановка была типичная деревенская: большая печь, скамьи вдоль стен, вышитые занавески и ажурные салфетки.

Отец Таи — Василий Александрович, тоже очень обрадовался приезду дочери и поблагодарил меня за то, что я привез ее.

Обед состоял из щей, отварной картошки с солеными грибочками и различных домашних солений. Судя по всему, на мясо у них просто не было денег, поэтому питались они исключительно овощами и домашними заготовками. Впрочем, немудрено с такими-то денежными трудностями.

Василий Александрович более подробно рассказал о том, что случилось с их товаром. Оказывается, благодаря хорошим и выгодным условиям им удалось переманить всех поставщиков молока, а также заключить доходные сделки со всеми близлежащими магазинами и столовыми.

Это не понравилось местному помещику Зиновию Курочкину, который тоже держит маслобойку и раньше он снабжал всех маслом. Курочкин несколько раз приезжал к ним и предлагал перепродать ему маслобойку, затем начал угрожать тем, что все равно не даст им спокойно работать.

— Я думаю, что это он причастен к тому, что случилось? — вполголоса проговорил отец Таи.

— А как он это сделал? — не понял я.

— Не знаю, но не может масло за пару часов так сильно испортится.

— Вы сами отвозили масло по магазинам? — уточнил я.

— У нас нет машины. На соседней улице живет Харитон Горлов. У него старый грузовик. На нем он и возил наше масло. Мы с утра ему отгружали и давали список, кому и сколько отгрузить.

— Не думаете, что это он виновен? — спросил я и внимательно посмотрел на него.

— Не-е-ет, мы с Харитоном старинные друзья, — махнул рукой Василий Александрович.