— Незначительная задержка в две недели? — Лоран Соларион продолжил давить.

— Силы противника оказались не такими малыми, как мы полагали, — невозмутимо ответил я. То, что ректор прекрасно осведомлён о всех наших приключениях за этот месяц, я не сомневался. Но пусть он первым обозначит, что его беспокоит. Зачем ему подсказывать?

— Что вы делали в Республике? — наконец, ректору надоела эта игра.

— Продавали тяжёлый крейсер, — пояснил я. Честность — лучшая политика. Особенно когда знаешь, что собеседник уже в курсе всех деталей. — В процессе выполнения задания Его Светлости нам на пути попался тяжёлый крейсер пирата Хари. Пришлось прибрать его к рукам и предложить республиканцам.

— Тем самым усилив противников империи Тирис! — наконец-то Лоран Соларион повысил голос. — Курсант, процитировать параграф восемь пункт два устава Императорской военной академии!

— В Императорской военной академии запрещено обучаться представителям некоторых систем, домов, родов и целиком всем из Республики Свободных Миров. Нужно перечислить каждый род и дом, Ваша Светлость? — ответил я. — Или нужно уточнить, что мы не являемся представителями РСМ? Мы как были имперцами, так ими и остались.

— Имперцы не передают противникам тяжёлые крейсера, — заявил ректор.

— Ни в одном известном мне законе империи Тирис или документах Императорской военной академии о подобном нет ни слова, — не согласился я. — Запрета продавать РСМ тяжёлые крейсера нет. Есть ограничения на передачу некоторых технологий, но конкретно тяжёлые крейсера в этот список не входят.

Ещё бы они входили! Кто в здравом уме вообще подумает о подобном?

— И что же вы получили в качестве платы? — ректор продолжил допрос.

— Постоянную базу для корабля, — ответил я.

— Вы получили малый крейсер республиканской модификации! — рявкнул ректор. В его голосе прозвучала настоящая ярость. Кажется, я умудрился довести бывшего советника императора до белого каления. — И у тебя на борту находится шпион Республики! Это измена, курсант!

Вот оно, главное обвинение. Измена. Слово, за которым следует трибунал, позор и расстрел. Сердце ухнуло вниз, но я заставил себя сохранять спокойствие. Показывать страх перед Лораном Соларионом — всё равно что признать вину.

— Это официальная позиция Императорской военной академии, Ваша Светлость? — спросил я, даже не думая поддаваться на провокацию. — Если это официальное обвинение, я требую созыва военного трибунала и предоставления доказательств. Согласно статье сорок шесть Военного кодекса империи Тирис, любой гражданин, обвинённый в государственной измене, имеет право на публичное рассмотрение дела в присутствии независимых судей. Вы готовы вынести это обвинение официально, Ваша Светлость?