— А если они выйдут из-под контроля?

— Предусмотрел, — Селельман показал красную кнопку на пульте. — Аварийное отключение всех систем одновременно. Плюс автоматическая остановка через семьдесят два часа, если не поступит сигнал подтверждения.

Гоги обошел ближайшего меха еще раз. В металлических формах угадывались его старые рисунки — попытки совместить красоту человеческого тела с мощью машины. Получилось впечатляюще.

— Хорошо, — решил он. — Проводите испытания. Но с условием.

— Каким?

— Я еду с вами. Хочу видеть, как работают мои концепции в реальном бою.

Селельман усмехнулся.

— Опасно. Мехи будут действовать в первых рядах атаки.

— Тем интереснее, — Гоги достал блокнот. — Мне нужно зарисовать их в действии. Для будущих модификаций.

— Договорились. — Селельман протянул руку. — Отправляемся через час. Американцы нас не ждут — думают, у корейцев только стрелковое оружие.

Они пожали руки на фоне армии металлических воинов. Гоги представил, как через несколько часов эти машины будут крушить вражескую оборону, воплощая его художественные замыслы в реальности войны.

— Знаете, Пауль Робертович, — сказал он, — иногда искусство и война неразличимы.

— Это высшая форма творчества, — согласился Селельман. — Создание новой реальности силой разума и воли.

Мехи стояли неподвижно, ожидая команды. Но Гоги чувствовал исходящую от них мощь — потенциал, готовый превратиться в действие. Его действие.

Колонна остановилась на гребне высоты, откуда открывался вид на американские позиции в долине. Гоги достал бинокль, изучая расположение противника. Годы Великой Отечественной всплывали в памяти — те же принципы обороны, та же логика размещения огневых точек.

— Видите дзоты на левом фланге? — он указал Селельману на замаскированные позиции. — Классическое построение времен Курской дуги. Три линии обороны, минные поля, перекрестный огонь.

Пауль кивнул, разглядывая американский лагерь через собственную оптику.

— Танки сосредоточены в центре, артиллерия на возвышенности справа. Резервы — в глубине, за второй линией траншей.

— Командование размещено там, — Гоги показал на группу антенн возле крупных палаток. — Узел связи выдает. Если его накрыть в первую очередь, координация нарушится.

Селельман посмотрел на него с удивлением.

— Откуда такие познания в тактике?

— Сорок второй — сорок пятый под Сталинградом и на Курской дуге, — коротко ответил Гоги. — Тогда помогал саперам, но кое-что запомнил.

Пауль достал из кейса странный обруч из металла и проводов, протянул художнику.

— Тогда возьмите это. Прямая нейронная связь с мехами. Сможете управлять ими как продолжением собственного тела.