— Нюхач, держись за мной и не отставай ни на шаг! — бросил партнеру, тут же активируя способности на полную мощность.

Мир вокруг мгновенно изменился.

Мои мышцы наливались жидким огнем, а восприятие времени замедлилось настолько, что я видел, как медленно оседают пылинки в лучах наших фонарей.

Воздух, словно противясь, приобретал повышенную плотность, и напоминал собой воду. Внутри которой любое движение требовало колоссальных усилий, но зато теперь эти порождения бездны не могли меня догнать. Главное, чтобы и Нюхач не отставал.

Из-за крутого поворота на нас вылетел форсун. Здоровенная, раздутая тварь, покрытая наростами твердой плоти. Он явно собирался перегородить нам путь своим массивным телом, используя узкое пространство тоннеля как естественное укрепление.

Раньше, в обычной ситуации, я бы использовал ловкость и скорость, чтобы застать его врасплох. Но не сегодня и не сейчас. Я вложил в следующий удар всю накопленную кинетическую энергию своего бега, подкрепив её мощнейшим импульсом пси.

— СДОХНИ, УРОД!

Мой кулак, окутанный яростной фиолетовой кромкой пламени, вошел точно в центр массивной груди форсуна. А за этим раздался оглушительный, сочный треск лопающейся плоти и ломающихся костей.

Тварь, на первый взгляд, весом в добрых килограммов четыреста, буквально взорвалась изнутри, превращаясь в бесформенное облако из белой плоти, слизи и осколков внутреннего кристалла. Я даже не стал замедлять бег, просто проскочив сквозь этот оседающий кровавый туман, чувствуя, как липкая жижа оседает на моем лице.

— Мать твою, командир… — только и смог выдохнуть Нюхач, едва поспевая за моим безумным темпом. — Что ж ты раньше так их не щелкал?

Но наша маленькая победа радовала нас недолго, потому что вылетев к развилке, ведущей в сторону основного шахтного ствола, мы резко замерли, едва не врезавшись в стену.

Весь проход впереди был полностью забит живой, шевелящейся массой. Мелкие гремлины, ашениты, сиархи. Они образовали из себя настоящий живой заслон, сквозь который невозможно было пробиться без потери скорости. А за нашей спиной, всего в десятке метрах, уже показались глумеры.

Один из них издал низкий, вибрирующий звук, от которого заныли зубы. Он не бежал, он буквально скользил по потолку шахты, цепляясь когтями за неровности бетона, и его мерзкая морда вся горела багровым, обещающим мучительную смерть, огнем.

— Алекс, кажется, нас зажали. — Нюхач прижался спиной к моей спине, тяжело дыша и выставив ствол пистолета вперед, целясь в морды противников. — Шахта отрезана наглухо. Куда теперь? Вверх мы не успеем, нас просто сорвут с лестницы как мишени в тире.