Санька невесело оглядел присутствующих.

— Чтобы отринуть досужие домыслы, сразу скажу, что моё пришествие к вам не является долгожданным вторым пришествием Иисуса Христа, ибо сказано, что вернется на землю Христос во славе, как Господь и Судия. И его Второе Пришествие невозможно будет не заметить: «Ибо, как молния, сверкнувшая от одного края неба, блистает до другого края неба, так будет Сын Человеческий в день Свой»[1].

Александр снова оглядел сидящих за столом. Варлаам откашлялся.

— Однако сказано у Марка: «Тогда увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках с силою многою и славою».

Санька улыбнулся.

— И что? Где я и где облака?

— Видели мы тебя, сидящим на облаке и глядящим на нас. Многажды раз видели.

Варлаам оглядел одиннадцать избранных, обращаясь к ним за поддержкой. Старцы закивали и загомонили, кивая головами: «Видели, видели…»

— Когда? — искренне удивился Санька, а потом вспомнил, что в те разы, когда искал старцев, он перемещался в тонком мире, чтобы чувствовать себя «самолётом», едва ли не материализовавшись. Это сегодня он «летел» невидимый, аки дух святой. А тогда он, даже «вися» над монастырём, не убирал себя полностью в подпространство. Очень ему нравилось, как ветерок обдувает его бестелесную оболочку. Все нервы были оголены, скольжение ветра возбуждало внутренние энергетические потоки и силовые вихри.

— Доигрался, — подумал Санька. — Довыёживался.

— «И тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою», — процитировал евангелие от Матфея какой-то старец. — А силу ты нам сейчас дал невиданную.

— Всё не совсем так, как вам видится. Я могу многое, но не всё то, что присуще Богу. Сказано ведь, что перед вторым пришествием произойдёт воскресение умерших во Христе и изменение верных, оставшихся в живых.

Санька победителем осмотрел оппонентов.

— А мы? — вдруг вопросил Зосима. — Ведь мы же умерли, но и воскресли. Только не в небеса отправились, а остались ждать тебя.

Старец сказал это так печально, что Александр понял, что это абсолютная правда. По спине у Саньки пробежал холодок, а по всему телу просеменили маленькими колючими лапками тысячи тысяч «мурашек».

— И нас таких ровно двенадцать, — продолжил Зосима, оглядев сидящих за столом.

— Ни хрена себе! — подумал Санька, начиная дрожать от страха. — Тайная Вечеря живых мертвецов.

— И мы теперь видим тебя. Твой свет и твою силу… И видим, что о приближающейся тьме ты говоришь правду. Мы тоже увидели ИХ.

Александр некоторое время сидел, понурив голову, потом тяжко вздохнул.