Он был очень доволен собой. Ещё бы! Карл Вильгельм фон Краузе считал, что поймал Бога за бороду. Или — Феникса за крыло. В сорок лет — император! Победитель! Избранный! Да, воцарение прошло не так гладко, как шептали и сулили старцы из Синедриона и остроухие советники-ванъяр… Но лиха беда начало! Центральные провинции, самые населённые и богатые — под его властью. Тимьян пал. Скоро падёт и Первая Гавань — и тогда все правоверные оптиматы поймут, что он и есть тот самый, единственный, обещанный пророками Властелин, который объединит земли людей и поведёт непобедимых рыцарей в крылатых шлемах дальше: на Восток и за Последнее море, или — на Наковальню Солнца, а может быть — к архипелагу Фортуната, или в таинственную Парду и дальше, дальше, пока весь мир не склонится…

— Твою мать, — сказал Роттерланд, глядя в подзорную трубу. — Грёбаные маги. Набрали недоучек, бездарей и проходимцев! Взгляните!

Краузе нахмурился: он не любил, когда всё шло не так, как хотелось бы! А здесь… Здесь явно прекрасная идея с магами и хашаром катилась к чертям!

Три многочисленные штурмовые колонны фанатиков-простолюдинов, возглавляемые магами, поначалу продвигались к белокаменным стенам Первой Гавани весьма бодро: тысячи легковооружённых пехотинцев-иррегуляров с пеной из раззявленных ртов и подёрнутыми чёрной поволокой глазами бежали быстро, тащили с собой лестницы, тяжёлые секиры, факелы и охапки хвороста. Редкие стрелы ортодоксов не причиняли им вреда — сгорали в воздухе, уничтожаемые магией. Волшебники прикрывали хашар — мерцающая пелена над головами вчерашних крестьян, городских люмпенов и безродных бродяг брала на себя удар метательных снарядов. До поры!

Оптиматы атаковали уступами, тремя большими отрядами по две или три тысячи человек. Они почти поверили в возможность взять стены с одного наскока, но… У ортодоксов на этот счёт имелось своё мнение. Стоило первой буйной толпе фанатиков добраться до подножия укреплений, как на их головы полетели камни, брёвна, град стрел и арбалетных болтов, свинцовых пуль из пращей, полился кипень из котлов… Первыми погибли маги, уверенные в своей неуязвимости, потом ортодоксы со стен стали отстреливать Белых Братьев — явно прицельно, — что превратило иррегуляров в стадо перепуганных баранов, бестолковых и гибнущих один за другим.

Крики и стоны умирающих доносились даже до роскошного шатра императорской ставки, заставляя благородных сэров морщиться.

— Там какие-то сраные ортодоксальные попы на стенах! — подал голос Вайсвальд, который стоял тут же, сложив руки на груди. — Слышите их варварское нерифмованное козлопение? А ещё они сбрасывают какие-то снаряды, которые сильно дымят! Послушайте, дело — в дыме! Он мешает магам!