— Навалимся, братцы! Ай-ой! — воспрянули духом хэрсиры.
— Ай-ой! — И ударили, сминая уже и не думающих атаковать чудищ. Хирд, ободрённый внезапной подмогой, заработал как одна большая мясорубка, полетели ошмётки фоморской плоти…
Враги были обращены в бегство и удирали прочь из долины, бросая увечных и раненых. Подгорные воители валились с ног, обессиленные: даже двужильных гномов доконала эта безумная схватка. В вертикальном положении оставался только Гарм Рукастый, ибо — вождь и принц, и невместно встречать неожиданных союзников, валяясь ничком.
— Всем — териака, Габи! — сделал широкий жест рукой высокий воин и снял с себя шапель, давая свободу гриве чёрных как смоль волос. — Мулам — двойную порцию. И, если можешь, потуши уже это пекло на крыше!
Из фургона появилась премиленькая мистрисс — такая, что даже усталые гномы как-то активно зашевелились, — набрала полный рот какой-то зеленоватой жидкости из стеклянной колбы и — пф-ф-ф-фы-ыр-р-р-р! — распылила состав на фургонный тент, а потом сказала:
— Тьфу, какая ужасненькая гадость! Надо, может, лимончика добавить для вкуса?
Огонь меж тем совершенно унялся, так что мистрисс принялась реализовывать первую часть плана — поить животных и бойцов чем-то из фляжки.
Воин меж тем по очереди обходил поверженных фоморов и отделял им головы от тел — тщательно и со знанием дела.
— Нужно сжечь их всех, — сказал он. — Ёррин, надо нарубить дров или насобирать валежника, у нас с собой нет ни земляного масла, ни ворвани…
Его соратник согласно кивнул и сдёрнул с себя обычную железную шапку, так что хэрсиры Подгорного Царства увидели перед собой соплеменника — татуированного и лысого.
— Ёррин? Ёррин Сверкер⁈ — с большим удивлением обнародовал свою догадку Гарм Рукастый. — Ты?
Лицо легендарного вождя клана изгоев Сверкеров вдруг озарила самая счастливая улыбка из всех возможных:
— Как же, разгарнак и разгарнак, я до усрачки долго ждал этого момента! Дорогой ты мой туповатый принц туповатого царственного отца… Итак, внимание! — Ёррин развёл руками, показывая на трупы фоморов, набрал как можно больше воздуха в лёгкие и заорал во всё горло: — Я ЖЕ ГОВОРИЛ! Я ЖЕ ГОВОРИЛ, МАТЬ ВАШУ КХАЗАДСКУЮ, УПРЯМЫЕ ВЫ И ТУПЫЕ ОСЛЫ! Я ЖЕ ГОВОРИЛ!
X СОЛЯНЫЕ СТОЛБЫ
Меж белых высоких Соляных Столбов гулял ветер. Странные эти природные образования чётко выделялись на фоне изумрудно-зелёной травы. Громадные, локтей пятьдесят или больше, созданные прихотью местного климата каменные исполины на самом деле состояли в том числе и из соли. И всякий проезжий скептик считал своим долгом убедиться в этом: человек культурный — отколупнув кусочек породы и попробовав его на вкус кончиком языка, неотёсанный варвар — облизав сам столб.