Рем осмотрел фургон со всех сторон: описание совпадало, и пятно имелось вроде как на том самом месте, где он рисовал череп. А что касается мулов, так их обещался доставить один из людей Гавора Коробейника, и что в его понимании значило понятие «звёздочка», оставалось только гадать.

Вдруг где-то в предместьях Тарваля оглушительно пропел петух, затем — ещё и ещё раз.

— Габи, скорее полезай на козлы, я запрягу мулов! Сейчас хуторяне начнут просыпаться, у них это, как его…

— Условный рефлекс! — подсказала Зайчишка и, сунув в фургон кофр со снадобьями, приняла у Рема мешок с припасами, ножны со скимитаром и спатой — и легко вскочила на козлы.

Аркан быстро справился с мулами — во время долгой походной жизни он приловчился обращаться с этими неприхотливыми и выносливыми животными. Впрягая их в постромки и подтягивая упряжь, Рем с сомнением косился на одного из ушастых копытных: никакой «звёздочкой» во лбу там и не пахло! Габи сказала всё правильно — половина то ли ослиной, то ли лошадиной головы мула оказалась окрашена в белый цвет.

— Вашество?.. — раздался явно похмельный, но дружелюбный голос кого-то из хуторян-ортодоксов.

Крупный, мясистый мужчина, покачиваясь, вставал с земли и с большим удивлением смотрел на герцога, который возился с мулами. У ног ортодокса стелился туман, всё тело очнувшегося от глубокого сна гостя пошатывалось — он явно пребывал ещё в полуфантастическом состоянии между сном и явью.

— Нашество, нашество… — кивнул Аркан. — Отдыхайте, маэстру! Солнце ещё низко, петухи поют в Тарвале, вам не нужно торопиться на огород или кормить скотину. Праздник! Домашние справятся без вас.

— А! Точно — праздник! Свадьба! — поднял палец хуторянин. — Вашество с такой симпатичной ихшеством женились! Кра-а-асотка у вас жена! Ну и моя — красотка, конечно, но вашества жена — это у-у-ух! Ну, я посплю.

— Ну, ты поспи, — согласился Рем и, закончив с подпругами, опёрся ногой о колесо — и мигом оказался на козлах. Он принял из рук у Габриель поводья, не удержался — потянувшись всем телом, чмокнул супругу в щеку и, подняв очи горе, проговорил: — Ну, с Богом! Поехали!

Мулы тронулись вперёд, прядая ушами и приноравливаясь работать в паре. Чуть поскрипывая и слегка покачиваясь из стороны в сторону, фургон с четой Арканов сквозь густой туман двинулся на юг.

* * *

Дорога вилась лугами и перелесками, изредка мелькали добротные дома ортодоксальных хуторов и стада на выпасах. Чем дальше на юг — тем менее населёнными становились аскеронские земли. Это полностью устраивало путешественников: лишние встречи им были ни к чему.