Я сделал короткую паузу, вспоминая сырость коллектора и каменный алтарь, на котором едва не оборвалась жизнь Шаи.

— Мы накрыли их группировку, — продолжил я, — перебили сектантов, однако самому Мастеру тогда удалось сбежать через резервный выход. Он потерял свою базу и людей, но души двух убитых эльфов успел уволочь. Затем он предпринял еще одну попытку покушения на меня, уже здесь, в Москве, в моем родовом имении. Он попытался проникнуть на прием, но тогда ему преградой стал слишком любознательный следователь…

Я не смог сдержаться и коротко, мрачно хмыкнул, вспоминая упертого Багрицкого, его внезапный инфаркт на веранде особняка и то, как мне пришлось в экстренном порядке латать его сердечный узел, пока настоящий барон Суходольский мерз привязанным к дереву в лесу.

— И вот теперь, — подытожил я, возвращаясь к событиям сегодняшнего вечера, — он решил довести начатое до конца. Он хотел не просто убить меня, а уничтожить меня как личность и дворянина. И ему почти это удалось. Если бы не стечение обстоятельств, завтра в утренних газетах вы бы читали о том, что граф Громов оказался спятившим террористом.

Император какое-то время молчал. Он переваривал услышанное, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах шла напряженная аналитическая работа. Он сопоставлял мои слова с отчетами своих служб, искал нестыковки, оценивал масштаб угрозы, которую представлял монстр.

Затем он снова кивнул, медленно, словно принимая окончательное решение.

— Ясно. Хорошо, что тебе удалось его остановить и все обошлось, — произнес он.

Федор II поднялся со своего кресла и неспешным шагом направился в сторону высокого панорамного окна, которое выходило на закрытый внутренний двор правительственного комплекса. Я проследил за ним взглядом. Небо над столицей было по-осеннему черным, на удивление чистым от городских выбросов и усыпано мириадами звезд. Бледный лунный свет пробивался сквозь стекло, искоса падая на широкий мраморный подоконник и очерчивая строгий профиль монарха.

— Мне очень многое интересно, Виктор, — заговорил Император, стоя спиной ко мне и глядя в ночное небо. Голос его звучал задумчиво, почти философски. — Например, каким образом тебе удалось получить магию управления душами в сознательном возрасте, а не при рождении. Как тебе удалось так долго и так искусно скрывать этот факт от Инквизиции, которая обязана выявлять подобных тебе. Ты ли был причиной странной смерти тех трех наемников на перекрестке…

Император плавно развернулся, заложив руки за спину. Он посмотрел на меня с немым вопросом, давая понять, что все мои тайны лежат перед ним как на ладони.