— А-то! — гордо заявил Андрей Иванович, поправляя манжеты рубашки. Затем он отвлекся от своих корпоративных войн, переключив всё внимание на меня. — Так, ладно, хватит о моих поставщиках. Ты-то чего пожаловал? Я думал, ты там на своей профильной олимпиаде днюешь и ночуешь безвылазно. Тебя что, уже отчислили за профнепригодность?
— Надо кое-что обсудить, — сказал я, пропуская его подколку мимо ушей и переходя к сути своего визита.
Глава 15
Лицо отца мгновенно исказилось в вопросительном недоумении. Маска акулы бизнеса, только что отчитывавшей нерадивых поставщиков, исчезла без следа. Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.
— Обсудить? — переспросил он, и в его глазах вдруг вспыхнул огонек надежды. — Ты все-таки решился переехать в Москву, чтобы стать моим полноценным партнером?
Он даже слегка подался вперед, едва скрывая торжество в голосе.
— Я уж думал, что ты никогда не созреешь! Все эти твои игры в уездного лекаря, конечно, похвальны для воспитания характера, но Империя строится здесь, в столице. Если ты готов принять дела…
— К этому мы еще доберемся, — мягко перебил я его, легко усмехнувшись. Наблюдать за тем, как Андрей Иванович уже мысленно рисует графики передачи активов, было забавно, но реальность требовала иного. — Мне на время нужно поселить двух своих коллег в нашем доме. У них будут курсы профильного повышения. А так как у нас ведомство в Феодосии, сам понимаешь, не самое богатое, то я хочу сэкономить. А у нас в доме все равно комнаты пустые. Какой смысл им ютиться в дешевых гостиницах на окраине, если здесь целый этаж простаивает?
Энтузиазм отца мгновенно улетучился, сменившись холодной подозрительностью. Он прищурил взгляд, сканируя меня так, словно я пытался продать ему бракованные акции. Опыт прошлых ошибок сидел в нем слишком глубоко.
— Это кого ты тут еще разместить собрался? — уточнил он с легким подозрением. — Всякую шелупонь не пущу на наш порог! Одной уже мамзели хватило, что меня чуть в могилу не свела!
Упоминание Алины, его бывшей молодой пассии, которая по указке бизнес-партнера методично высасывала из него жизнь с помощью проклятого артефакта, было ожидаемым. Андрей Иванович стал крайне щепетилен в вопросах того, кто переступает порог родового гнезда.
— Лидию и Алису… — спокойно ответил я, не меняя позы.
Брови отца поползли вверх. Жесткая линия губ дрогнула, напряжение в плечах мгновенно спало.
— А… Вот как… — протянул он совершенно другим, потеплевшим тоном.
— Мгм, — ответил я, хитро улыбаясь, потому что прекрасно понимал его реакцию.