Высокая, зараза, метров пятнадцать в высоту. Отбив очередной клинок, направленный мне в незащищённое горло, вдруг услышал ржание из конюшни. Точно! Я быстро метнулся внутрь и нашёл там гнедого коня. Он защищал белую лошадь от троих ассасинов сразу.

Видимо, хотели оседлать их и использовать против нас, атакуя с тыла. Одного конь лягнул задними ногами, на второго обрушилась вставшая на дыбы лошадь и раскроила череп. Третьего прибил я. Оседлал коня и вскочил в седло.

Конь сорвался с места с яростным ржанием и закусил удила. Сам понёс меня в гущу сражения, а я только рад был. Обрушивал молот направо и налево, пока пули и стрелы стучали по мне. Пара вонзилась в круп лошади, но он их будто не заметил, а наоборот стал яростнее.

Сколопендра вскинула голову и выдохнула струю огня прямо в нас. К счастью, я уже отбежал от своих, так что их не задело, а сам успел скакнуть в сторону. Едкое пламя коптило и превращало землю в стекло. Температура смеси там, наверно, адская. Тварюга мотнула башкой и выпустила из подобия рта со жвалами новую порцию огня.

Пузо у неё было более светлое, а спина почти чёрная. Глаза-бусинки следили за каждым моим движением. Струя огня полетела широкой косой, но прошла выше. Я пригнул голову и ощутил, как спину почти обожгло. Пламя обрушилось на нескольких врагов, что пытались меня преследовать, и их мигом сожгло до костей.

Конь вынес меня к ногам твари. Сама она была в длину не меньше тридцати метров, что делало её неповоротливой. Пока она переступит своими ногами, чтобы развернуться, я уже буду в другом месте. Вот только убегать от неё я не собирался.

Взял в зубы молот, встал на спину жеребца и прыгнул на сколопендру. Услышал её недовольный рёв. Ничего, дальнейшее ей не понравится ещё больше.

Воняло от неё жутко, а её тело ходило ходуном под моими ногами. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы устоять, и всё это время в меня стреляли! Правда, из-за моего вальса чаще не попадали. Наконец я привык к качке и подбежал к задранной вверх части сколопендры. Ударил по ней молотом, и тварь упала, придавив головой парочку неудачников-ассасинов. А нечего под ногами путаться!

На какое-то время тварь замерла, и я подбежал к её голове. Схватил рукоять молота зубами и взялся за два торчащих усика. Потянул на себя, и чудовище издало такой визг, что чуть уши не лопнули. Но зато она снова поднялась и начала беспорядочно пулять огнём в разные стороны.

— Фто, не нлавица? — прогудел я с молотом в зубах.

Монстр паниковал и мотал башкой, пытаясь меня сбросить. Но я крепко держался за усы. От этого твари становилось ещё больнее. А я пытался направить её атаки, чтобы расчистить путь для Сергея Михайловича и студентов. Чтобы они могли отступить к арене.