— Я так и знала, — она смотрит на меня, и в её голосе скользит усталость. — Ты всегда делала так, как хотела. Никогда не слушала меня.
— Я слушала, — я смотрю ей в глаза. — Я слушала тебя всегда. И поэтому потеряла пять лет. Пять лет, мам. Я не хочу терять больше.
— Дважды в одну реку не войти, Ника, — она качает головой. — Ты уже была с ним. Это ничем хорошим не кончилось. Ты плакала, не спала ночами, я вытаскивала тебя из депрессии. А теперь ты снова хочешь наступить на те же грабли?
— Это были другие грабли, мам, — я чувствую, как голос начинает дрожать. — Я ошибалась. Мы оба ошибались. Но мы изменились.
— Люди не меняются, — она холодно смотрит на Демида, всем своим видом показывая пренебрежение. — Он не изменится. Он всегда будет пропадать, врать, манипулировать тобой.
— Анна Петровна, — Демид чуть подаётся вперед, но голос звучит ровно, спокойно, без привычной жёсткости. — Вы правы. Я был дураком. Я не умел говорить, не умел слушать, не умел быть рядом. Я потерял их из-за своей гордыни. Но я изменился. Не потому что захотел. А потому что понял, что без них не могу. Я не прошу вашего одобрения. Я просто хочу, чтобы вы знали — я не уйду. Даже если вы будете против. Даже если она решит, что я ей не нужен. Я буду рядом. Всегда.
Мама молча слушает. Я вижу, как её лицо меняется. Как она переводит взгляд с меня на Демида, потом обратно.
— Вы взрослые люди, — наконец произносит она. — Я не могу вам запретить. Но я не одобряю.
— Мне ваше одобрение точно не нах… не надо, — вовремя тормозит себя Демид. — Но оно важно для вашей дочери. Я признал свою ошибку, а вот вы, видимо, так и не поняли. Всего хорошего.
Дем перехватывает мою руку и тянет к выходу. По пути зовет Алиску, подхватывает её на руки.
— Демид, — останавливаю его, сама не понимая зачем.
— Идём, Ника. Нас ждёт дом и семья. Двери всегда будут открыты.
Он притягивает меня к себе, целуя в макушку, прямо на глазах у матери. И я впервые не на стороне матери, а верю именно ему. Моему первому и единственному мужу.
Глава 21
Я сижу на диване, поджав ноги под себя, сжимаю кружку с чаем. За окном уже темнеет, в квартире тихо — Алиса уснула после долгого дня, полного впечатлений от прогулки с папой. Демид выходит из душа, и я слышу его шаги, прежде чем вижу. На нем только спортивные штаны. Капли воды стекают по его плечам, по груди. Широкие плечи, рельефные мышцы, татуировка на лопатке, которую я когда-то целовала. На его теле есть шрамы — старые, почти незаметные, и новые, которые я вижу впервые. Он стал шире, ещё более мужественным. И от этого внутри всё сжимается.