Глава 1 Пароход на Одессу
Ветер с берега развевал ленты капора Марии и мешал мне разглядеть флаг над шлюпкой. Чтобы он развернулся, как нужно, бризу следовало бы вспомнить о законах природы и задуть в сторону суши. Оставались лишь ждать и молиться.
Сестра догадалась по моему побледневшему лицу, что дело пахнет неприятностями.
— Это всё? За нами? — тихо спросила она, крепко вцепившись в перила палубы одной рукой, а другой прижимая сына к себе, словно надеясь его защитить.
— Как вы ласково звали отца на женской половине? — спокойным тоном ответил я вопросом на вопрос.
— Как звали? — она развернулась ко мне в недоумении. — Конечно, Яни. Ты не догадался, почему я назвала сына Янисом⁈
Упс, вот это я маху дал. Выходит, Коста — сын Яниса, а не Спиридона! Теперь сделанного не воротишь: так и останусь Спиридоновичем. Рассказать кому — не поверят: сам себя породил.
Матросы засуетились. За борт полетел веревочный трап. Рядом принялись устанавливать нечто вроде мини-крана с подвешенной к нему приспособе, вроде детских качелей.
Шлюпка начала красивый маневр поворота по широкой дуге. Шесть гребцов в расшитых галунами красивых мундирах слаженно опускали весла на воду. Флаг, наконец, заполоскал во всю свою ширь. Русский! Над шлюпкой и над Босфором гордо реял Андреевский флаг!
— Все в порядке, Мария! — выдохнул я облегченно: сам не заметил, в каком напряжении был несколько минут. — Это посол и его свита. Решил воспользоваться служебным положением и сэкономить несколько часов. Сейчас погрузится — и поплывем дальше. Одесса ждет нас!
Сестра оторвала руку от поручней и погладила меня по плечу. Я лишь улыбнулся в ответ, надеясь вселить в нее спокойствие, которым сам не обладал.
— Мне следует проведать мистера Спенсера. Быть может, у него найдутся ко мне поручения. А вы потихоньку устраивайтесь на палубе. Нам тут более двух суток предстоит провести.
Двухмачтовый деревянный пароход имел одну палубу, условно разделённую на две части торчащей прямо из настила широкой черной трубой с прикрученной к ней еще одной, узкой. Палубные пассажиры размещались на баке, то есть, в передней части корабля, под которой, как я понял, были устроены каюты офицеров. Мне же нужно было пройти на корму. Там размешались каюты пассажиров первого и второго классов. На пароходе не было помоста, называемого на парусном флоте шканцами — традиционного места капитана. Его роль играла часть палубы около рулевого, где в настоящую минуту Спенсер о чем-то увлеченно беседовал с капитаном. Поодаль сгрудилась немаленькая толпа людей в роскошных восточных одеяниях — по-видимому, пассажиры второго класса.