Рассуждения сестры, сидевшей сейчас напротив и не смевшей поднять глаза, для меня были как на ладони. «Мой брат по моей просьбе, рискуя жизнью, вытащил и меня, и моего сына из плена. Привез сюда! Кормит, поит, одевает и заботится о нас! А я — неблагодарная! Не могу потерпеть, привыкнуть, приспособиться! Не могу сделать вид, что мне все нравится!»

— Тебе здесь все не нравится, сестра, да? — спросил, бросаясь на баррикады. Я мужчина, и мне решать проблемы.

— Что ты, Коста? — сестра, конечно, попыталась все-таки удержаться в рамках должного приличия…

— Сестра!

Я повысил голос. Кроме того, что мой тон призывал её не врать мне, он еще стал сигналом, что я освобождаю её от необходимости быть благодарной, поскольку в наших отношениях, как брата и сестры, мы можем позволить себе быть откровенными. Её недовольство нынешним положением не будет мной воспринято, как проявление неблагодарности. Сестра это поняла. Избавленная от обязательств, она тут же перестала сдерживать себя, закрыла лицо руками и зарыдала.

Рыдала долго. Уж слишком много в ней накопилось за эти две с небольшим недели. Я, как ни странно, был рад. Слезы всегда несут с собой освобождение, облегчение, примирение. Слезы всегда спасают.

Сестра сейчас была неспособна что-либо мне сказать. Я говорил за неё. Сестре только оставалось кивать мне в подтверждение моих — а на самом деле — её выводов.

— Ты не сможешь здесь жить. Большой, грязный, пыльный город. Толпы незнакомых людей. Ну, да, то еще удовольствие — толкаться по вечерам на Бульваре, пусть и с мороженым в руке! Ты скучаешь по мужу, — тут сестра зарыдала громче, признаваясь в моей правоте. — Ты боишься за Яниса. Ты коришь себя, за то, что лишила его отца. Тут ты не совсем права, сестра. Все-таки, ты поступила правильно. Янису так будет лучше. Успокойся и больше не вини себя.

Сестра уже не рыдала, всхлипывала, утирая слезы.

— Главное, что пока ты и Янис в этом городе — счастья не будет. Отсюда простой вывод — мы должны уехать из этого города. Так, сестра?

Мария подняла голову.

— Да, брат мой!

Я встал.

— Иди ко мне!

Сестра подошла. Я обнял её.

— Мария, я обещаю тебе, что решу эту проблему. Обязательно решу! Вы не будете с Янисом здесь жить. Но мне нужно время. Поэтому я очень прошу тебя: потерпи. Чуть-чуть. Пожалуйста.

Сестра освободилась от объятий, чуть отодвинулась. То, что я увидел в её глазах, меня сразу успокоило. Теперь я знал: Мария больше не будет страдать и не будет своим видом и поведением заставлять страдать меня. Она верила в мое обещание и была готова терпеть столько, сколько мне понадобится, чтобы решить все проблемы.