А ещё я нашёл карту. Она была нарисована на достаточно большом куске плотной ткани типа мешковины, обшитой кожей. На ней я практически сразу безошибочно опознал империю Дасенлин. Основные города, дороги, реки и… два крестика, словно были помечены клады. Над одним была нарисована гора, а над другим восход или закат.
Больше ничего интересного найти мне не удалось.
Ну… спасибо, что ли, парень…
Я снял с него всё, что можно было, включая меч, который был чуть лучше моего, после чего вернулся к оленю. Чёрная Лисица была права: после разделки животных кровь и отрубленная голова не выглядели так страшно. Ну мясо и мясо, ну и хрен с ним. Жаль, что шкуру подпортил оленю…
Я пришёл в город лишь на следующий день, натянув шляпу пониже. Я планомерно обходил прилавки, сбывая честно снятое с трупа, который я бросил рядом с тушей оленя другим на съедение.
Одежду продать возможности не было, так как вся она представляла из себя хлам, и я даже не стал заморачиваться. Но вот его сумка сразу ушла. Как и мечи — его и мой. Вместо них, добавив ещё немного (много), я купил меч, который мог охарактеризовать как хороший.
Нет, действительно хороший, лучше, чем те, что у меня были. Он отличался даже своей поверхностью. Если те были хорошо выкованными, но простыми, у этого уже было несколько слоёв. Отполированный не до зеркального блеска, но достаточно, чтобы отражать свет, он выглядел куда более престижно и внушающе.
Отполированный и даже с ножнами, что было очень удобно.
После этого я заглянул к старику.
— Ну что, смог? — этот знак вопроса обладал поистине феноменальными способностями подкрадываться сзади. Наверное, был самым неуловимым подглядывателем в женских банях.
— Да, — я подошёл к стойке и начал выкладывать всё, что забрал. — Желчный пузырь, сердце, копыта, рога (распиленные на куски), кусок печени и яйца.
Нет, не того парня, оленя.
— Хорошо, хорошо… — закивал он головой, после чего посмотрел на меня. — Вижу, что на ступень поднялся. Пошла на пользу охота.
На ступень?
Немного странно, учитывая, что я нихрена не медитировал в последнее время…
— И какая у меня?
— Шестая ступень. Тебе бы пора самому видеть научиться.
Да, как только пойму, каким образом.
И всё же шестая ступень?
Нет, я слышал, что люди таким образом растут от ступени к ступени, но не в том плане, что хоп, и очки опыта поймал, нет. Они как бы пресекают барьеры. То есть вот он дошёл до границы и просто тупо упёрся в неё, а перейти не может, прямо как мексиканцы. А потом какое-то событие, превозмогание, и он через этот барьер как бы прорывается. Оно заставляет его выйти за собственные границы, и тем самым за достигнутые границы вытянуть и своё развитие.