Вместо ответа парень протянул мне осторожно пилюлю земного духа, если я правильно запомнил её.
— Эм… разве не тебе её отдали? — уточнил я.
— Да… но она мне не нужна, так что… бери.
— У тебя почти вторая стадия, парень, — посмотрел я на вибрацию вокруг него. — Тебе это же пинок даст.
— Я лучше её отдам, и так… сам… — пробормотал он.
Только не говори, что ты меня боишься и решил не рисковать, добровольно отдав её. И я даже оглядываться не стал, боковым зрением видя, как на нас косятся другие, перешёптываясь. Я не слышал разговоров, но, судя по взглядам, все уже давно для себя решили, что я отжимаю пилюлю.
— Парень, мне она нафиг не сдалась, — вздохнул я, отвернулся и пошёл подальше.
Что я услышал от остальных?
— Испугался при всех забирать.
— Он ещё хуже, чем те.
— Наверняка ночью придёт.
Ну зашибенно…
— Не слушай их, — подбодрила Люнь. — Они просто боятся.
— Я не расстроен, я просто в печали.
— А разница в чём?
— Не знаю. Но чувствую, что в печали.
А печалька-то была сильной! Берут и наговаривают на бедного Инала. Ну и хрен с ними…
Соревнования были только через неделю, поэтому я неспеша тренировался искусству Люнь, и, несмотря на весь её скептицизм, она подходила к моим попыткам со всей ответственностью, заставив проникнуться к ней ещё сильнее. Она была единственным человеком… единственной личностью, которая, несмотря на произошедшее, общалась со мной как ни в чём не бывало. Я знаю, она не разделяла моего решения или была так же напугана, как и остальные, моей выходкой, но имела силы хотя бы не показывать это.
Хотя она оказалась не единственной, кто проникся моим поступком.
— Та девушка, она сзади, — негромко шепнула Люнь на следующий день, когда я пытался вернуть к жизни засыхающий цветок.
Та девушка? Это… да, наверное, та самая. Кто ещё мог ко мне прийти?
— Тебе что-то нужно? — слегка прохладно спросил я, не оборачиваясь.
Первая злость на сучку, которая пыталась вытереть об меня ноги, прошла. Может слова Люнь о жертве сделали своё дело, а может просто я остыл, но уже такой злости к ней не испытывал. Скорее лёгкую неприязнь.
— Я… пришла сказать кое-что… — негромко произнесла она.
Мистер Сальери передаёт вам привет…
Я на всякий случай обернулся, чтобы держать довольно опасную личность в поле зрения, а то мало ли. Мне ещё привета от сторонников того чмошника получить в спину не хватало.
— И? — кивнул я.
Уже более чистая и ухоженная, но бледная девчонка стояла передо мной. Я пробежался по её уровню взглядом и с удивлением отметил, что она сбросила стадию вниз.
— Спасибо, — пробормотала она.