— Это… из-за последних сплетен?
— Да, скажи, что они напали на меня, пытались убить из-за того, что я отказался к ним присоединяться. Собирались собраться и убить меня в лесу, а я их опередил. Ты мне рассказала, и я опередил их, иначе бы меня убили. Что-то в этом духе, поняла?
— Да, я поняла, — закивала она. — Получается, я могу прикрыться твоим именем?
— Да, при условии, что ты создашь положительное впечатление обо мне. И скажи, что я тебя тоже защищаю тогда. И что частично это было из-за тебя, что я не мог оставить всё как есть, и это тоже послужило причиной. И найди тех, кого он насиловал, пусть подтвердят слова. Короче, ты поняла.
— Я понял, поняла, да. Я сделаю, что смогу.
— Нет, ты сделаешь всё как надо.
— Как надо, да! — я думаю, предложи сейчас ей станцевать голой, она бы и на это согласилась.
— Вот и отлично. А теперь оставь меня, будь добра.
Её просить сто раз не пришлось, и девчонка смоталась, не успел я и глазом моргнуть.
Да здравствует сарафанное радио, которое обелит имя Инала! А то вообще чёт обидно стало уже. Да, я не провожу много времени с людьми, но эти шёпотки за спиной и косые взгляды как-то уж слишком сильно расстраивают.
— Я молодец, — выдохнул я. — Осталось надеяться, что это сработает.
— Ты помог ей, — подлетела ко мне Люнь.
— Ну да, такой шанс упустить ещё не хватало, — я вернулся к позе лотоса перед цветком, коснувшись его руками.
— Нет, я о другом, почему ты помог ей?
— Из-за возможности избавиться от слухов и заставить всех понять, что я не говнюк. Теперь может хоть немного прессинг станет поменьше.
— Ты сразу в лице переменился, когда услышал, что её изнасиловали. В этом причина? — склонила она голову в бок, глядя мне в глаза.
— Что? Не-е-е, я просто…
— Когда ты сказал, что или ты их, или они тебя, ты ещё не был уверен, как именно стоит разобраться с ними. Но как только я рассказала тебе, что такое «человеческий котёл», ты сразу остановился на варианте радикально решить ситуацию.
— Я и до этого хотел решить её радикально.
— Но не был до конца уверен. Юнксу, а тебя…
Меня аж передёрнуло.
— Меня? Нет конечно! Ты совсем уже, что ли, дурочка? — возмутился я. — Просто это личное — так понятнее?
— Да, — кивнула она с готовностью, но явно не могла успокоиться, желая всё разузнать.
Присела в воздухе рядом. Мило упёрла голову на руки, глядя на меня.
— Ты можешь мне выговориться. Если тебя что-то тревожит.
— Да, кое-что есть. Твоя назойливость.
— Возможно, если ты поделишься…
— Люнь, дорогая, — вздохнул я. — Меня ничего не беспокоит. Прошлое осталось в прошлом. Знаешь такую мудрую поговорку: прошлое забыто, будущее закрыто, настоящее даровано?