— Да, это я её придумала, — кивнула Люнь.
— Чё, серьёзно? Эм… окей, хорошо. В любом случае, я поступил, основываясь на твоих же словах — отстань. Лучше учи дальше и не лезь куда не просят.
— Но ты можешь…
— Всегда с тобой обсудить всё, я понял, — кивнул я.
Но от мысли, что всё ещё можно исправить, мне стало значительно легче, признаться честно. От этого даже дурные мысли вылетели из головы. Защитить девчонку? Да без проблем, если это поможет доказать, что я не сраный маньяк-убийца.
И, словно обретя гармонию…
— Эм… Юнксу.
— Что? — немного отвлёкся я от своих мыслей. И увидел, как Люнь кивнула на землю. Вернее, на засыхающий цветок, который я пытался подпитать Ци и заставить расцвести.
Но вместо этого я заставил его окончательно завянуть. И не просто завянуть — я заставил его почернеть.
— Оу…
— Исцеление — это не твоё, — пробормотала Люнь, нагнувшись к нему поближе.
— Что с ним?
— Как я могу судить, цветок умер.
— Ну я понял, что не воскрес. Почему?
Люнь огляделась.
— Попробуй… вон на том дереве, — указала она на ближайшее.
Я подошёл к дереву и попробовал повторить фокус, однако вышло это у меня далеко не сразу. Как выяснилось через полчаса, чтобы был эффект, мне требовалось касаться дерева руками. И, когда получилось, с него начали осыпаться листья, словно дерево начало умирать.
— Достаточно, Юнксу, — словно экзаменатор, произнесла Люнь, задумчиво облетая дерево. Она даже не поленилась заглянуть внутрь него.
— И как?
— Ты не лечишь, Юнксу, ты убиваешь, — хмуро отозвалась Люнь. — Тебе не заниматься целительством, это точно. Это даже и не целительство.
— А что это?
— Точно не целительство. Так извратить моё искусство… какой ужас…
Кажется, мои успехи тронули её не на шутку.
— Так я могу лечить или нет?
— А как ты думаешь? — указала она на дерево.
— Заставляю умирать.
— Вот именно.
Но разве это плохо? Ну, в плане того, что иметь несколько способов убить противника?
Интересно, а на себе я почувствую что-нибудь?
Я прикоснулся к собственной руке и попытался выделить энергию, но ничего не почувствовал от слова совсем. Видимо, я просто переливал из одного ведра в другое, и всё.
— Это не лечение, — хмуро заметила Люнь, разглядывая дерево. Ей явно не нравилось, что её искусство извратили до таких форм. — Ты даже не влияешь на тело ментально, совсем нет, ты перегоняешь свою чистую энергию в чужую структуру.
— В смысле?
— Ты ничего не изменил, ты просто заполнил своей тёмной Ци обычную Ци в дереве. Выдавил своей Ци чужую.
— Это… как яд морозных пауков?
— Не совсем. Они отравляют Ци, делая её непригодной для белого начала. Ты же просто… закачал свою Ци и выдавил обычную. Отравляет Ци, — подняла она одну руку, — выдавливает Ци, — подняла она другую руку.