Я тоже улыбаюсь и киваю. Мы идём через вестибюль и подходим к лифтам. Я нажимаю на кнопку и в этот момент к нам подходят три амбала в штатском. Морды протокольные, сразу ясно откуда.
— Брагин Егор Андреевич? — обращается ко мне один из них и запускает руку во внутренний карман.
— Да он это, он, — раздаётся неприятный высокомерный голос. Из-за колонны появляется Печёнкин.
Ну почему я тебя не убил, любезный?
Амбал вытаскивает из кармана красные корочки и, открыв, тычет мне в нос.
— Майор Карюк, — представляется он. — Пройдёмте с нами, пожалуйста.
— Куда это? — хмурюсь я.
— Я вам потом объясню. Вы, главное, не привлекайте внимания, зачем людям мешать отдыхать? У нас здесь целый наряд дежурит, мы вас по-любому увезём, так что вы проходите спокойно, без лишней суеты.
Ну всё, подумал Чаушеску,
Взасос…
5. Налево пойдешь — коня потеряешь
— Нет, — усмехаюсь я, — вы уж протокол не нарушайте, дипломатический, а то я очень сильно к вашей личности внимание привлеку и к незаконным действиям. Скандал будет, не представляете какой, товарищ Карюк, международного уровня. Так что лучше рассказывайте, что там у вас на душе.
Мордоворот в штатском моментально чернеет, лицо его наливается королевским пурпуром, а глаза — злобой. Хоть бы не окочурился здесь. Один из его спутников, между тем, не теряет благоразумия и чуть похлопав своего товарища по плечу, пытается разрядить обстановку.
— Вас Артур Николаевич Рахметов приглашает на беседу, — доверительно сообщает он, пока Карюк кипит, как паровой котёл.
— На беседу? — повторяю я. — Замминистра? Приглашает? Серьёзно? То есть я могу отказаться от приглашения?
— Не можете, Егор Андреевич, — качает он головой. — Вопрос государственной важности.
— А вы ничего не перепутали? Я, вообще-то не решаю вопросы государственной важности.
— Нет, не перепутал, — спокойно отвечает он. — Вы не решаете, зато Артур Николаевич решает.
— Ну, вот, — говорю я, поворачиваясь к Наташке, — не получилось, но не расстраивайся, потом погуляем. Я отлучусь ненадолго. Вопросы государственной важности, сама понимаешь. С гвардейцами кардинала лучше не спорить.
Я поворачиваюсь и в сопровождении мощной охраны двигаю к выходу. Замечаю при этом встречное движение. Это Игорёк.
Ах, Игорёк, Игорёк,
Пошли со мною на Рагнарёк.
Ты слышь, чего я изрёк…
Незабываемые слова и музыка М. Елизарова.
Но на Рагнарёк, тем не менее, я его не приглашаю, а наоборот, делаю знак не лезть на рожон. Он сигнал принимает, понимает и отступает в сторону.
Артур Николаевич, значит.
— А Печёнкин здесь для чего? — интересуюсь я, пока мы следуем к автомобилю.