— Читайте медленно и точно! — приказал Джабба. — Одна неточность, и все мы погибли!
Фонтейн сурово взглянул на него. Уж о чем о чем, а о стрессовых ситуациях директор знал все. Он был уверен, что чрезмерный нажим не приведет ни к чему хорошему.
— Расслабьтесь, мистер Беккер. Если будет ошибка, мы попробуем снова, пока не добьемся успеха.
— Плохой совет, мистер Беккер, — огрызнулся Джабба. — Нужно сразу быть точным. У шифров-убийц обычно есть функция злопамятства — чтобы не допустить использования метода проб и ошибок. Некорректный ввод только ускорит процесс разрушения. Два некорректных ввода — и шифр навсегда захлопнется от нас на замок. Тогда всему придет конец.
Директор нахмурился и повернулся к экрану.
— Мистер Беккер, я был не прав. Читайте медленно иочень внимательно.
Беккер кивнул и поднес кольцо ближе к глазам. Затем начал читать надпись вслух:
— Q… U… I… S… пробел… C…
Джабба и Сьюзан в один голос воскликнули:
— Пробел? — Джабба перестал печатать. — Там пробел?
Беккер пожал плечами и вгляделся в надпись.
— Да, их тут немало.
— Я что-то не понимаю, — вмешался Фонтейн. — Чего мы медлим?
— Сэр, — удивленно произнесла Сьюзан, — просто это очень…
— Да, да, — поддержал ее Джабба. — Это очень странно. В ключах никогда не бывает пробелов.
Бринкерхофф громко сглотнул.
— Так что вы хотите сказать? — спросил он.
— Джабба хотел сказать, что это, возможно, не шифр-убийца.
— Конечно же, это убийца! — закричал Бринкерхофф. — Что еще это может быть? Иначе Танкадо не отдал бы ключ! Какой идиот станет делать на кольце надпись из произвольных букв?
Фонтейн свирепым взглядом заставил его замолчать.
— Вы меня слышите? — вмешался Беккер, чувствуя себя неловко. — Вы все время говорите о произвольном наборе букв. Мне кажется, я должен вам сказать… что это не случайный набор букв.
Все на подиуме воскликнули:
— Что?
В голосе Беккера слышались извиняющиеся нотки:
— Простите, но это определенно осмысленные слова. Они выгравированы очень близко одно к другому и на первый взгляд кажутся произвольным набором букв, но если присмотреться повнимательнее, то… становится ясно, что надпись сделана по-латыни.
— Вы что, морочите нам голову? — взорвался Джабба.
Беккер покачал головой:
— Отнюдь нет. Тут написано — Quis custodiet ipsos custodes. Это можно примерно перевести как…
— Кто будет охранять охранников! — закончила за него Сьюзан.
Беккера поразила ее реакция.
— Сьюзан, не знал, что ты…
— Это из сатир Ювенала! — воскликнула она. — Кто будет охранять охранников? Иными словами — кто будет охранять Агентство национальной безопасности, пока мы охраняем мир? Это было любимое изречение, которым часто пользовался Танкадо!