— Я не на ужин. Передай начальству, что пришел Тигр-456124014.

Он явно знал о кодовых именах, так как весь резко подтянулся, побледнел, торопливо кивнул и скрылся за дверью, но вряд ли ему было известно о том, что мы натворили на балу.

Я прислонился к каменному косяку, скрестив руки на груди. Мои пальцы инстинктивно искали рукоять сабли, которой не было. Только гладкая ткань рубахи и холод камня под локтем.

Официант вернулся через пару минут, еще бледнее прежнего. Он избегал смотреть мне в глаза, пальцы нервно теребили манжету фрака.

— П-пройдете, пожалуйста. Управляющий… примет вас.

Я кивнул, не ожидая иного исхода, и шагнул за ним в полумрак холла. Запах дорогого паркета и воска вскоре сменился пыльной затхлостью служебных коридоров. Почти тут же ко мне шагнули двое.

Охранники. Судя по информации, считываемой татуировкой «Юдифи», оба на Развязке Сказания. Подготовились они неплохо, вот только я сам уже Сказанием не был и, если бы захотел, раскидал бы их даже без татуировок.

Впрочем, сегодня у меня были другие планы. Вид у них был усталый, но действия — отточенные до автоматизма. Первый, коренастый, с лицом, покрытым оспинами, молниеносно прижал мое запястье к пояснице.

Его партнер, высокий и жилистый, с холодными глазами, накинул браслет блокирующих ману наручников на запястье, затем руку заломили за спину и защелкнули второй браслет.

Поток маны по белым нитям прервался. Я почувствовал себя… пустым. Обычным. Непривычно. Однако золотые линии продолжали жить и вместе с опустошенностью пришло и четкое понимание: при желании я смогу поглотить ману из наручников и освободиться за секунду.

— Не дергайся, — прошипел коренастый мне в ухо, его дыхание пахло чесноком и дешевым табаком. — Сопротивляться — себе дороже.

Я не сопротивлялся. Смысла не было.

Жилистый охранник методично обыскал меня. Его руки, грубые и цепкие, прошлись по карманам, подмышками, вдоль ног. Нашел только носовой платок и несколько медяков. Саркастическая усмешка тронула его губы.

— Чист. Артефактов ноль.

— Пошли, — толкнул меня в спину коренастый.

Их конвоем меня провели через залы, еще недавно заливавших светом сотни обнаженных тел, затем через один из боковых коридоров. Двери в кабинет управляющего были массивными, дубовыми, инкрустированными блеклой латунью.

Охранник-жила постучал, услышал хриплое «Войдите!» и распахнул створки.

Кабинет был роскошным, но уже наполовину разобранным. «Бал Невинности» готовился к переезду на новое место. Книжные шкафы из темного дерева зияли пустыми полками. С огромного стола, покрытого когда-то зеленым сукном, исчезло все кроме пары небольших стопок бумаг. За столом сидел мужчина.