— Рубить сук, на котором сидишь? Что это такое?
— Ну… это как пчелы против меда, — включился в диалог Кузнецов. — Это значит, что мы не дураки, чтобы портить себе обедню!
— Игорь, ты меня окончательно запутал, но суть я, кажется, уловил, — признался немец.
— Вот и молодец! — Кузнецов воодушевился. — Это проделки Вольфа. Я сделаю все, чтобы отыграть назад, но передай тем, от кого зависит успех нашего совместного дела, что это займет некоторое время.
— Постараюсь убедить коллег.
— Господин Гроссман, — сказал Стрелец.
— Называйте меня лучше Курт.
— Договорились. Константин, — он протянул руку собеседнику. — Я предлагаю вывести это самоуправство за скобки предстоящего события, А Игорь Прокопьевич позаботится о том, чтобы все вернулось на круги своя.
— Константин, с вами приятно иметь дело.
— Мы рассчитываем на вас, Курт! Но помните: у нашего делового прагматизма тоже есть свои границы.
Мужчины попрощались с немцем.
— Вот смотрю я на тебя, Басов, и думаю: не там ты служишь, не там, — то ли в шутку, то ли всерьез заметил Кузнецов.
— Там, не там… Одно дело делаем. Только каждый на своем уровне, — отмахнулся тот. — Так что не закидывай мне свою конторскую удочку.
— Да брось, я ничего такого не имел в виду.
— Слушай, Игорь, а зачем ты все-таки взял меня на эту встречу?
— А ты не понял?
— Нет.
— Я обратил внимание, что ты веришь в экономическую составляющую этого соглашения. Это во-первых.
— А во-вторых?
— А во-вторых… Или ты забыл? Сам же твердил, что нельзя класть все яйца в одну корзину. Вот тебе полезный контакт. Никогда не знаешь, когда и к кому придется обратиться… за консультацией, — Кузнецов протянул Стрельцу карточку Гроссмана.
— Ты что, специально для меня ее захватил?
— А то!
Глава 12
ГЛАВА 12
СЕМЕЙНАЯ ИДИЛЛИЯ
Альбина начала успокаиваться. Все ее заходы по поводу Маргариты Сергеевны и отношений мужа с ней наталкивались на такую мощную волну равнодушия с его стороны, что она стала сомневаться в правдивости слухов, которые до нее доходили раньше. С одной стороны, в этом огромном организме, который представляло собой советское посольство, невозможно было ничего сохранить в тайне — все знали все и про всех. С другой стороны, любая сплетня, пройдя через их безразмерное сарафанное радио, могла десять раз обернуться против своего первоначального содержания.
Альбина постаралась вспомнить, кто именно из коллег мужа донес до нее слух о любовнице. Но «доброжелателей» было так много, что она никак не могла определиться, кто же из них оказался первым. Тогда женщина решила подойти к вопросу с другой стороны: а с какой целью ей сообщили эту новость?