Только бы она не помнила! Только бы она была вырублена, Господи!

В игре дали перевёрнутый «игрек».

Пашка бегом помчался домой. В первую очередь ему понадобится запасной телефон.

Эта тупая сука не знает, что «Дополненная реальность» возвращается владельцу! Думает, достаточно просто отжать гаджет, и всё! Но Пашка-то уже проверил и в курсе условий игры.

А когда Люся окажется в безопасности и цела, он…

Что он сделает и с кем, пока было неясно. Сама Островская останется пользователем, на которого приложухой воздействовать нельзя. Но уж он что-то точно выдумает, да такое, что ей мало не покажется, он…

Другая мама и бабуля ещё не вернулись из ментовки. Пашка взялся искать, перерывая лихорадочно хлам в комнате: в столе, в шифоньере, на шифоньере в старых коробках (чуть с табурета не навернулся в сердцах)… Прошлый поломанный телефон обнаружился только спустя полчаса. Пашка плюхнулся на кровать и открыл игру. В ней надавали три отзеркаленные длинноверхие «Г», как их там на иврите из башки вылетело, и в целом было на них по хер: Пашка разбил достижения и навёл камеру на старый гаджет. Починил его за триста баллов и проверил: смартфон начал включаться и заряжался теперь тоже, если воткнуть шнур (с гнездом была одна из основных проблем).

Закончив активную деятельность, Пашка опять рассвирепел. На этот раз он врезал несколько раз в подушку без членовредительства.

Игруха дала дракона.

Часы показывали начало пятого. Очень рано.

Ну она хотя бы, хотя бы додумалась же отрубить Люсю, чтобы та не боялась⁈ Чтобы не запомнила всякую дичь? Как вообще могла баба такое сотворить⁈ В неё вселился Гитлер, или что⁈

Нет, сидеть на месте — не варик.

Пашка вскочил, сунул оба телефона в разные карманы и помчался из дома прямиком к школе.

Там ожидаемо никого не было.

Тупорылая тварь.

Кое-что эта мразота не учла. Спрятать-то всех, может, и спрятала, себя вот только забыла. А своротить рыло тупой бабе можно и без всякого воздействия игрой. И по хер, что тёлка. За такое…

Спрятаться, может?

Вместо того, Пашка подкурил шестую подряд сигарету и разбил уже третьего дракона в приложухе. Может, они не за рыцарство? А за злость⁈

Где сейчас Люська? Она спит или плачет? Ей больно? Ей должно быть охуительно больно, даже и во сне!

Он стиснул кулаки. Руки снова зачесались, словно и у него были ошпаренные. Вот гнида, вот сука…

Из-за него, из-за него Пионова попала во весь этот кошмар! Сначала отец, теперь Пионова… Нельзя допустить, чтобы она запомнила это… Нужно…

Островская появилась немного раньше шести. Пришла спокойно из-за школы, со стороны трансформаторной будки.