Только после полуночи я поднялся на второй этажа дворца и занял одну из многочисленных комнат. Неместные охотники тоже остались здесь.

Новости разносились быстро, поэтому уже на следующий день в Высокий Перевал приехал Женька с отцом, а еще через два дня — Иван с Анной и Авдотьей. Дашу со Светой отец также привез. Я поселился вместе с ними в той самой гостинице, где мы жили со Светой и Женей, когда приехали в город.

Родные и близкие очень удивились изменениям, которые произошли со мной за несколько дней. Ведь, получив двадцатый уровень, я стал заметно шире в плечах, мышцы раздулись и бугрились под рубашкой, даже волосы стали гуще и лицо возмужало. Я признался, что все это из-за энергии, которая наполняет мое тело.

Иван дотошно расспросил меня обо всем, что происходило. Я честно рассказал, но кое-какие моменты опустил. Например, как вызвал одного из сильнейших защитников — Дерево-Патриарха. А также о том, кто поселился в теле настоящего Правителя. Для всех он остался сумасшедшим, который задумал погубить Нижний мир. Правда, на вопросы о том, как ему удалось позвать кратов, я пожимал плечами.

К назначенному дню выборов город заполонили жители общин. Все трактиры и гостиницы были переполнены гостями города. Везде шли ожесточенные споры о том, кого выбрать новым Правителем. Кто-то предлагал поставить одного из наместников. Кто-то утверждал, что будет лучше, если такой чести будет удостоен один из охотников — ведь именно они все это время были защитниками Нижнего мира.

— За кого проголосуешь ты? — спросила меня Даша, когда мы вышли прогуляться вечером накануне выборов.

— За отца. Я уверен, что он справится.

— Да, ты прав. Многие из Волчьего Края хотят проголосовать за него, но ведь за пределами нашей общины его никто не знает.

— Знают. Он был охотником, пока не потерял ногу. Думаю, найдутся те, кто вспомнит об этом.

— А я проголосовала бы за тебя, — Даша прильнула ко мне всем телом и заглянула в глаза. — Ведь это ты уничтожил кратов и сумасшедшего Правителя. И вообще, ты сделал много хорошего. Особенно для Волчьего Края.

— Мне семнадцать лет. Никто не будет голосовать за малолетку, — усмехнулся я.

— И очень зря, — она приподнялась на носочки и поцеловала меня.

На следующий день с самого утра у ворот дворца стражники организовали выборной пункт, разместив столы и большой ящик с прорезью. Жители писали на листочках имя того, за кого голосуют, и его вид деятельности.

— Я за Петю-пекаря проголосую, — проскрипела старуха своей подруге, проходя мимо нас. — Он меня всегда булкой угощает. Не жадничает. Из такого хороший Правитель выйдет.